Этап 9. Продолжения.

Модераторы: Amilda, Flavella

Этап 9. Продолжения.

Сообщение Песатель 02 Октябрь Четверг, 2008 20:08

Результаты конкурса
1. Венценосцам не отказывают. Билл Клинтон (Dorian) - 22
2. Зритель с галерки. Воздаяние (Dorian) - 21
3. Глоток свободы. Нарком Петров. (Шалтай Болтай) и Обычная история или Каникулы Героя. Тот, кто видит все -20
4. Ищущий да обрящет. Демиург. (Mr. Demetrius) - 19
5. Последний рывок к Свету. Ищущий Покой (Драконья) - 16
6. Набросок портрета. Любитель помалевать )) (Kloun) - 11
7. Неудавшийся план. Сонный Гога. (Шалтай Болтай) - 9

Поздравляю победителя, лавровый венок достается ему не впервые, но все равно творческих ему успехов. Моё почтение всем авторам, ведь продолжать чужое творение - занятие не из легких.

Результаты читательского голосования


Венценосцам не отказывают. Билл Клинтон 6 31%
Зритель с галерки. Воздаяние. 5 26%
Обычная история или Каникулы Героя. Тот, кто видит все. 0 Ответы отсутствуют.
Глоток свободы. Нарком Петров. 1 5%
Последний рывок к Свету. Ищущий Покой 1 5%
Ищущий да обрящет. Демиург. 2 10%
Набросок портрета. Любитель помалевать )). 3 15%
Неудавшийся план. Сонный Гога. 1 5%








viewtopic.php?p=1008610#p1008610 :)



«Когда ты чего-нибудь желаешь очень сильно, вся Вселенная помогает тебе достигнуть этого», - Пауло Коэльо, «Алхимик».

«Перед тем как мечте осуществиться, Душа Мира решает проверить, все ли ее уроки усвоены. И делает она это для того, чтобы мы смогли получить вместе с нашей мечтой и все преподанные нам в пути знания. Вот тут-то большинству людей изменяет мужество. На языке пустыни это называется "умереть от жажды, когда оазис уже на горизонте". Поиски всегда начинаются с Благоприятного Начала. А заканчиваются этим вот Испытанием», - Пауло Коэльо, «Алхимик».




В Лапландии ни Санта Клауса, ни Снежаны не оказалось.

Нет, безусловно, какой-то самозванец там был. Но после пяти минут общения стало очевидным, что это не тот Святой Николай, из-за которого всё и началось.

Как ни печально, но и Великий Устюг не оказался родиной того деда, которого я искал. Все мои надежды пошли прахом. Порой, мне казалось, что того происшествия на катке никогда не было, что всё это сон. Однако, мои воспоминания подкрепляли статуэка, которую я носил с собой во время путешествий, да слова Мака, который всегда хмуро вспоминал встречу со Снежаной. Нет. Это не сон. Это правда. И я решил во что бы то ни стало найти Снежану.

Я делал, что мог: гигабайты информации из Всемирной Паутины, древнейшие фолианты библиотек, сказания бабушек из деревень разных уголков мира. Ничего не вышло. Каждый раз мне открывалась какая-то мелочь, и каждый раз она ничем не могла мне помочь. Фольклор, традиции, сказки – я выучил всё, что можно было выучить об этом новогоднем персонаже. Я мог бы написать десятки диссертаций на эту тему. Но я не смог найти таинственного Деда Мороза, неуловимого Йолоупукки и его спутницу… Я отчаялся.

Один телефонный звонок изменил ход событий.

- Здравствуйте, мистер Эрвин – незнакомец говорил по-русски. Меня это насторожило, поскольку я порвал со своим русским прошлым и было совершенно неясно, откуда он взял номер моего телефона. И откуда он знал моё имя.
- Последний потомок своего покойного отца. С кем имею честь?
- Меня зовут Олдван. Я наткнулся на ваше объявление в Интеренете. Вы искали Снегурочку. Думаю, я могу вам помочь.
- В том объявлении не значился мой номер телефона, мистер Олдван.
- Имея такие возможности, которыми располагаю я, мне не составило труда его вычислить.
- Приятно, что человек с Вашими возможностями предлагает мне помощь.
- О, да. Я помогу Вам найти Снежану.
- Вы и это имя знаете?
- Мистер Эрвин… Это имя знают ещё около четырёх миллиардов людей планеты Земля, и я принадлежу к их числу. Важно не то, что я знаю это имя. Я знаю, что значит это имя для ВАС.
Тут до меня, наконец, дошло… Старый чёрт, шутник недоделанный…
- Мак! Если ты решил первый раз в жизни пошутить, то ты выбрал неудачную цель и ещё более неудачную тему.
- Мистер Эрвин. Меня зовут Олдван – я Вам об этом уже говорил. Если Вы отказываетесь от моей помощи, то я могу нажать на кнопку, и Вы болше никогда в жизни обо мне не вспомните. Впрочем, то же самое можете сделать и Вы…

Что-то мне подсказывало, что это таки был не Мак. В самом деле: Мак не знает русского языка…

- Хорошо, - перебил его я. – Что Вы хотите за помощь, и какие Вы можете предоставить гарантии? В чём, в конце-концов, будет заключаться Ваша помощь?
- Детали я предлагаю оговорить при встрече. Недалеко от Вашего дома есть кафе. Там, знаете ли, делают замечательные помпушки. Я просто в востор…
- Какое из двух?
- Простите?
- Какое из двух кафе?
- Мистер Эрвин, столь замечательные помпушки делают только в одном кафе – «У Дорисс», - голос его мне показался немного обиженным.
- Отлично, когда?
- Если Вы не возражаете, через пол-часа.
- Я там буду. Как Вы выглядите?
- Я Вас узнаю и подойду, договорились?
- Так Вы и внешность мою знаете?
- Я много знаю о Вас, мистер Эрвин.
- Отлично, - сказал я. - Встретимся через пол-часа.

Я был в шоке. В моей квартире что, установлена скрытая камера? Да кто он, чёрт бы его подрал, такой? Всё моё естество протестовало. «Рэй, не ходи туда. На чёрт-те сдался этот Олдман, или Олдван – как там его?» Но, Снежана. Если он действительно лишь по одному моему объявлению вычислил номер моего телефона, узнал, как я выгляжу, то… У меня не было криминального прошлого. Криминального настоящего у меня также не было. Да и криминальное будущее в мои планы не входило. Вряд ли, мне стоило опасаться ФБР, ФСБ, КГБ или ещё какую-нибудь подобную структуру. Чёрт, что же делать…

Через пол-часа я вошёл в кафе «У Дорисс». Я огляделся. Несколько человек подняли на меня взгляд и тут же, не найдя ничего интересного, вернулись к беседам или к поглащению пищи. Я, как дурак, стоял около входа и рыскал глазами по залу. Тут сзади раздался голос.

- Простите, мистер Эрвин, я немного опоздал.

Я обернулся. Олдван? По логике, это должен был быть он. По виду – нет. Передо мной стоял мужчина примерно моего возраста. У него было смуглое лицо и голубые глаза. Стоит отметить, что если существует термин «добродушное лицо», то его лицо было именно таким. Волосы были длинными, чёрными и доходили до плеч. Одет он был в плащ, что, впрочем, соответствовало погоде. Но не соответсвовало моему представлению о нём: плащ был тёмно-синего цвета с жёлтыми звёздами! Звездочёт, шут бы его подрал...

- Всего на несколько секунд. Здравствуйте.

- Зравствуйте, - мы пожали друг-другу руки. – Давайте займём вон тот столик, у стены. Вы не возражаете?

- Не возражаю.

Мы уселись друг напротив друга.

- Мистер Олдван, я предпочитаю перейти сразу к делу.
- Ценю ваш целеустремлённый характер, но я предпочитаю сначала подкрепиться – дорога была долгая, возможности пообедать до этого случая не представлялось.
- Что ж…
- Я угощаю, мистер Эрвин, - он подозвал официанта и на безупречном английском заказал ему двадцать ватрушек. Я заказал чашку кофе.
- И всё? Мистер Эрвин, нехорошо говорить о делах на пустой желудок…
- Я не голоден, - сухо ответил я. На самом-то деле, я был очень голоден. Я не ел с утра. Но меня возмутилло, что этот Олдван заявил о моём пустом желудке, как о своём собстенном. Откуда ему знать? У него что, рентген в глаза встроен?

Он слегка прищурил глаза и с любопытством посмотрел на меня.

- Мистер Эрвин, я хороший психолог. Да и, если быть нескромным и откровенным, я очень хороший врач. Хороший психолог и врач по многим признакам может определить, что человек голоден.
- Булочку. Булочку с маком, пожалуйста.
- Вот и отлично, мистер Эрвин.

Пока обрабатывали наш заказ, мы молча сидели. Олдван с любопытством рассматривал салфетку, лежавшую перед ним. Я смотрел новости по телевизору, висевшему на стене. Принесли еду. Кофе оказался недурственным. Булочка тоже.

- Ну вот, мистер Эрвин. Теперь можно и о проблемах поговорить, - он произнёс это с набитым под завязку ртом, так что мне было сложно его понять. - Хоть большинство врачей и не советуют говорить во время еды, я предпочитаю игнорировать этот их совет.
- Говорить с набитым ртом опасно - странно, что такой хороший врач, как Вы, игнорирует советы своих коллег.
- Мистер Эрвин, я игнорирую их советы не, как их коллега, а как математик. Достаточно неплохой математик. Еда в Вашей ротовой полости во время разговора всего-навсего увеличивает вероятность несчастного случая. Не намного, хочу заметить.
- Я предпочитаю сводить эту вероятность к минимуму.
- Не в ущерб удобству, не так ли? Если бы вопрос сведения вероятности несчастного случая к минимуму был бы для вас приоритетным, Вы бы принимали соответствующие меры, которые лишили бы вас всех удобств. Вы бы построили бункер, обеспечили бы его всем необходимым на случай внезапной бактериологической, ядерной или какой-либо ещё войны, Вы жили бы там подчиняя свои действия строгим правилам: ни шагу в сторону. Жизнь в таком случае, мистер Эрвин, превратилась бы в ад...
- Мы отходим от темы нашей встречи, Вы не находите? - я не дал ему договрить. Заумные речи этого господина начинали выводить меня из себя.
- О, конечно. Итак, Снежана. Зачем Вы её ищите?
- Я её ищу. Этого достаточно.
- Мистер Эрвин... Не хочу показаться грубым, но если Вы хотите, чтобы я Вам помог, Вы должны отвечать на мои вопросы...
- Хорошо. Я ищу её, чтобы написать книгу о ней...
- Отвечать правдиво, мистер Эрвин.
- Чёрт! Ладно, - я попытался успокоиться. - Я с ней... Встретился. Как-то под Новый Год. И мне показалось, что наша встреча не имела логического окончания. Мне бы очень хотелось повидаться с ней снова и расставить все точки под восклицательным знаком...

Олдван смотрел на меня снова прищурив глаза и кивал.

- Я Вас понимаю, мистер Эрвин. Но вдруг она окажется вовсе не такой, какой Вы её представляли всё это время на оcнове вашей недолгой встречи?
- Вы меня слушаете? Я и хочу это выяснить при повторной встрече...
- О, да. Я вас внимательно слушаю. Мистер Эрвин... поиски могут оказаться длительными, очень сложными и опасными. Готовы ли вы на это? Готовы ли вы пройти через всё это ради встречи, которая может оказаться последней?
- Вы что, вербуете меня в какое-то экстримальное реалити-шоу?
- Мистер Эрвин...
- Да, я готов риснуть всем, что у меня есть ради этой встречи. Если Вы хотели услышать именно эти слова...
- "Слова, слова, слова"!.. О, да. Эти слова послужат достаточной гарантией.
- Гарантией чего?
- Гарантией ваших намерений.
- Каких намерений?
- Намерений по отношению к Снежане.
- Вы что, отец её? Это что, знакомство с родителями?!
- В некотором роде - да.
- Что? Да Вы... Да Вы с ума сошли! - я не выдержал. Он явно свихнулся.

Олдван очень спокойно посмотрел на меня.

- Мистер Эрвин... Многие называли меня сумасшедшим лишь за то, что я говорил им правду. Я показывал людям жизнь, я учил их, я открывал им новые возможности, перспективы; я делам им подарки, не подарки - дары! Я... Я много что сделал хорошего для людей... Мистер Эрвин, за всю свою жизнь я не сказал ни одному человеку ни слова лжи. Но моя правда казалась им сумасшествием, и меня пытались за неё убить. И тем не менее, я и Вам не сказал ни слова лжи. Вы, по-прежнему, считаете меня сумасшедшим?
- Нет... Просто Ваши слова кажутся мне немного... Замысловатыми... Простите.
- Прощаю. Что ж, мистер Эрвин. Полагаю, нашу сегодняшнюю беседу можно считать завершённой.
- Что?.. Мистер Олдван, если Вы...
- О, нет. Я не в обиде на Вас. Вы очень хороший человек. Именно поэтому я помог Вам в поиске Снежанны.
- Вы... Помогли?
- О, да, - он улыбнулся. - Именно. Я сузил радиус Вашего поиска до размеров вон той автобусной остановки, - он указал пальцем в окно, за мою спину.

Я в полном шоке обернулся. На противоположной стороне улицы остановился огромный белый автобус, закрыв собой остановку. Лил проливной дождь - я даже не заметил, как он начался.

- Это шутка? - медленно и очень холодно спросил я.

Олдван улыбнулся ещё шире и кивнул в сторону окна. Я снова обернулся.

Автобуса уже не было. Зато там стояла девушка.

Звуки приутихли. Молотом по наковальне сердце стучало в ушах. Я не мог разглядеть её лица - стёкла превратились в водопады. Лишь силуэт. До боли знакомый силуэт. Я обернулся на Олдвана. Он кивнул головой и подмигнул мне. Я не стал тратить времени - я рванул. Посуда рухнула с пластмассового стола, стул отлетел в противоположный конец зала. Кто-то вскрикнул от удивления или от испуга. Я летел, сбивая всё, что попадалось на пути. Пулей я вылетел из кафе под жутко холодный ливень. Я побежал на ту сторону дороги, к той остановке. К той девушке. Машина остановилась в миллиметре от меня. С другой повезло не так сильно - резкая боль в бедре, и вот я уже лежу в луже. Раздался крик. Надо мной склонилась девушка. Та самая девушка.

- Рэй! Рэй!
- Снежана...

Она упала рядом со мной на колени. Бедро жутко болело.

- Ты нашёл меня, Рэй! Я нашла тебя...
- Снежана, - только и мог прохрипеть я. Боль распространилась на все ноги. По позвоночнику она стала доходить до головы. Она разливалась по всему телу. Асфальт магнитом притянул к себе мою раскалывающуюся от боли голову.

И вдруг боль исчезла. Стало очень приятно. Я открыл, незаметно успевшие сомкнуться, глаза. Надо мной склонился Олдван и протянул руку. Дождь стал тёплым. Олдван улыбался.

- Мистер Эрвин. Впредь будьте, пожалуйста, аккуратнее: я создавал этот мир не для того, чтобы Вы его разрушили...
Аватара пользователя
Песатель

 
Сообщения: 28
Зарегистрирован: 29 Сентябрь Понедельник, 2008 19:27

Неудавшийся план. Сонный Гога.

Сообщение Песатель 03 Октябрь Пятница, 2008 15:48

Неудавшийся план. Сонный Гога.

Это есть ВОЛЬНОЕ продолжение Очистителя написанного Кикахой.
viewtopic.php?f=26&t=5712&st=0&sk=t&sd=a&start=460#postform

- Как жизнь то, Михал Фомич?
Сидящий на лавочке Михаил приоткрыл глаза и сонно глянул на говорившего. Сосед, дед Парамон стоял, опираясь на палку, и с улыбкой смотрел на молодого человека.
- Да ничего так.
- Ну то й добре – дед Парамон помолчал.
Ему явно хотелось поговорить, но Михаил сделал вид, что снова задремал на ярком солнышке. О чём можно было разговаривать со стариком, он просто не знал. Послышался весёлый голос Алины. Она возвращалась из маленького сельского магазинчика.
По сути, это она вытянула Мишу провести отпуск в этой забытой богом белорусской деревушке, и поначалу он даже сопротивлялся. Ну зачем спрашивается тащиться в какую-то глухомань, когда нынешние его заработки вполне позволяли хорошо отдохнуть ну скажем в Греции? Но девушка настаивала, и Михаил уступил. И надо сказать не пожалел об этом.
Село Старочасовенское располагалось в удивительно живописном, хоть и довольно диком месте. Кругом стоял лес, и летом тут действительно было очень красиво. Михаил даже пристрастился к рыбалке, часто отправляясь на местную речку, хотя рыбаком раньше никогда и не был.
Он открыл глаза и посмотрел на приближающуюся девушку. И настроение сразу упало. Алина шла в компании молодого светловолосого парня, который, весело смеясь, что-то ей рассказывал. Судя по всему что-то весёлое, потому как девушка тоже хихикала. Вот гад, Михаил почувствовал злость. Он уже знал этого хлыща. Парня звали Константин, и был он учителем немецкого языка в здешней сельской школе. Зачем местным детям немецкий язык Михаил не представлял. С коровами что ли по-немецки разговаривать?
Вообще он испытывал к селянам некую смесь снисходительности и презрения. Ну чего они в этой берлоге достигнут? Поле да водка вот и весь, как считал Михаил, местный «потолок». И то, что какой-то там «первый парень на деревне» вздумал ухлёстывать за его девушкой, Мишу буквально взбесило. Тоже мне Казанова колхозный.
Тем временем парочка подошла к ним. Алина села на лавочку, а Константин махнув рукой Михаилу зашагал дальше по улице.
- Что это он там тебе такого весёлого рассказывал?
- Да ничего – девушка чему-то усмехнулась – Болтали просто.
Вот это то и стало тем, что отравило Михаилу весь дальнейший отдых. Алина что-то слишком уж часто упоминала Костю в разговорах, но Михаил тешил себя мыслью, что они скоро отсюда уедут, а этот местный донжуан так и останется в своей глухомани. Но потом произошёл разговор, который заставил его всерьёз задуматься над появившейся проблемой.
- Знаешь – сказала ему Алина однажды вечером – Костя давно хочет перебраться в город. И я пообещала ему в этом помочь.
- Это ещё зачем?
- Ну, он хороший парень.
- И что?
- Послушай – раздражённо произнесла девушка – Не хочешь, тебя никто не заставляет. Я могу и сама.
Той ночью Миша очень долго не спал, обдумывая сложившееся положение. Не замечать угрозы мог только идиот, а идиотом он не был. Нужно было что-то делать, но что? Что можно поделать, когда твоя девушка так явно симпатизирует другому? Или всё-таки можно? Решение проблемы как-то само пришло в голову. Решение простое и эффективное.
Он уснул только под утро, но зато план действий был уже полностью составлен. Правда приснился ему в ту ночь очень странный сон, где он шёл по длинному, бесконечному коридору с голыми цементными стенами, и редкими тусклыми лампочками под потолком, а под ногами постоянно хлюпала какая-то жижа. Вдоль стен стояли деревянные стеллажи, на которых ровно лежали люди. Как будто спали, вытянувшись по стойке смирно. И казалось, нет этому коридору конца. Потом он явственно услышал за спиной быстрые шлёпающие по воде шаги, которые приближались, обернулся и резко проснулся. И почти сразу же забыл про странный сон.
Михаил колебался лишь первые моменты, а потом решение обрело твёрдость гранита. Человек посягнул на то, что принадлежало ЕМУ, и значит, этот человек должен исчезнуть с его пути. И никак иначе. И так должно быть всегда.
Реализацию своего плана он начал сразу же. Сделать всё нужно было именно тут, в глухомани, где никакого расследования никто проводить не станет. Да и кому проводить то, местному пьянчужке участковому? Предполагалось, что самым трудным будет найти повод, чтобы пригласить Константина «посидеть побухать», отправив при этом Алину куда-нибудь в другое место, но это то, как оказалось, было самым простым. Алина каждый вечер ходила к соседям смотреть какие то сериалы, потому что телевизора в том флигеле, который они снимали не было, и возвращалась она оттуда довольно поздно. А Константин тот вообще сразу радостно согласился, ни о чём не спрашивая. Видимо отклонять подобные приглашения было у местных не принято.
«Гулянка» началась часов в девять. Все необходимые «атрибуты» мероприятия в виде самогона и обильной, но простой закуски были на месте. Михаил долго продумывал развитие событий, при этом часто задавая себе вопрос, зачем это ему нужно? Ответа он не знал. Но знал другое, он должен наказать смазливого ублюдка посягнувшего на то, что принадлежит ЕМУ. Должен и всё тут.
Костя пришел весёлый и Михаил разлил по стаканам «жидкий хлеб». Выпили. Время пошло быстрее. Они снова о чём-то спорили. Затронули тему Второй Мировой Войны. Константин быстро захмелел и заплетающимся языком принялся рассказывать, как в войсках вермахта обучали штыковому бою. Потом перешёл на то, какие боевые награды вручали офицерам в Третьем Рейхе. Михаила это даже удивило, откуда этот увалень знает подобные вещи? Ну не в Интернете же он их вычитал, нету в этой дыре никакого Интернета. Но подробности Константин описывал на удивление красочно.
Нужный момент наступил, когда Костя встал и вышел во двор по нужде. Михаил быстро, но аккуратно достал из кармана маленький пузырёк с прозрачной жидкостью. С некоторых пор он носил его с собой всегда, даже не задумываясь зачем. Просто считал, что пригодится. Поэтому захватил с собой, даже отправляясь на отдых. Как оказалось, он был прав. Пригодилось.
Содержимое бутылочки он вылил в стакан Константина. Потом аккуратно долил самогона. Пузырёк так же тщательно закупорил и спрятал в карман. Вернувшийся Константин плюхнулся на своё место и сказал:
- Хороший ты парень, Миха – он хлопнул его по плечу, зашатав стол и едва не опрокинув стаканы, чем даже немного испугал Михаила.
- Ладно, ладно, не бузи. Давай лучше выпьем – поспешно ответил он.
- Давай.
Они выпили и Михаил откинувшись на спинку стула стал с каким то непонятным для себя интересом наблюдать за человеком, который был уже мёртв, но ещё не знал этого. Десять минут. Нужно было всего десять минут. Потом он пойдёт к соседям и сообщит, что Константину стало плохо. Пока врачи доберутся в здешнюю глухомань, будет уже поздно. Яд не найдут, для этого нужно будет везти тело в лабораторию, а это почти за двести километров. Да и кто тут проверять то захочет? Скажут, что ещё один сгорел от водки, да и похоронят. Тем боле, что родных у Кости не было, это Михаил осторожно уточнил сразу же.
Время шло. Беседа как-то увяла. Неожиданно Михаил встрепенулся. Он что задремал? Ну не мудрено. Выпил то он сегодня немало, хоть и подливал в основном Константину. Поднял глаза на сидевшего перед ним парня и остолбенел. Костя сидел, откинувшись на спинку стула, и смотрел на него с каким-то насмешливым выражением лица. Потом сказал:
- Ну что, Михаил, каково это, держать в руках чужую жизнь?
Он вообще о чём? Вдруг до Миши дошло, Костя говорит абсолютно трезвым голосом. Да и что это за улыбочка у него на лице? Михаил потер пальцами виски.
- Понимаешь – снова заговорил Костя – Ты, main freund, никак в этом вопросе не прав.
- В каком вопросе? – Михаил насторожено смотрел на улыбающегося парня.
- О, entschuldigen, позволь я объясню. Ты, почему-то решил, что быть монстром это легко. Что если ты монстр, то легко можно топтать неугодных, не задумываясь о последствиях. Это коренным образом неверно. Я прав, господа?
Последнее он произнёс куда-то за спину Михаила и тот инстинктивно оглянулся. И замер. Там стояли люди. Вернее ему показалось, что люди. Человек примерно десять. Вид у них был грязный и оборванный и стояли они, молча глядя на Михаила.
- Дядя, хочешь кушать?
Он опустил глаза. Оказалось, что рядом находится белокурая, чумазая девочка лет шести, в грязном драном пальтеце, которая протягивала ему надкусанный бутерброд. В другую её руку уцепился ребёнок помладше, но такой же чумазый и оборванный, который прижимал к телу большую пластмассовую бутылку из-под Кока-Колы, на дне которой ещё оставалось немного напитка.
- Хочешь кушать? – снова спросила девочка и опять протянула ему свой бутерброд.
И тут он всё понял. Понял, что это за бутерброд. Понял, кто стоит перед ним. Понял, что за оборванцы находятся в комнате. Тело больше не слушалось. С каким то утробным завыванием он бросился прочь от ребёнка, переворачивая всё на своём пути, не видя ничего, думая только об одном «дверь, где дверь». Зацепившись за шкаф, упал.
- Bist du in оrdnung? – над ним склонился Константин - Wie geht es dir?
- Ч-ч-что?
- Да ничо. Как делишки спрашиваю.
Дверца шкафа, возле которого упал Миша, от толчка открылась, и на внутренней её стороне было большое зеркало в полный рост, в котором сейчас и отражался склонившийся над ним Константин. Михаил во все глаза смотрел на это отражение, и казалось он сходит с ума. Глаз и рта у «зеркального» Константина не было. Они были плотно зашиты широкими грубыми стежками. Костя поднял глаза на зеркало, усмехнулся.
- Да уж, от этих то ничего не утаишь.
- К-к-кто…
- О я ведь не представился, ты извини. Меня зовут Карл. Кстати знаешь, я ведь тоже когда-то был тем, кто считал, что монстром быть легко. Правда я в отличии от тебя знал, что рано или поздно любой монстр засыпает и видит сны. Видит повешенных крестьян. Видит горящие сараи, в которых кричат жены и дети этих крестьян. Да мало ли. Я вот как-то посетил одно интересное место, располагающемся на окраине маленького живописного городка Дахау. С ознакомительными так сказать целями. Хотя ладно, это к теме не относится.
- Алина – бормотал Михаил – Алина – он думал, что вот сейчас она войдёт в дом, хлопнет дверью, и он сможет наконец проснуться от этого кошмара. Ведь он спит. Конечно же он спит. Задремал от выпитого, вот и мерещится всякая чертовщина.
-Алина? – Костя пожал плечами – А она то тут при чём. Её тут никогда и не было. Она сейчас дома. В городе. Думает, почему это ты так резко уехал, не сказав ей ничего.
- К-к-как в городе?
- Ну а что ей тут делать то? Понимаешь, Миха – Карл Виммель весело рассмеялся – Я ведь и сам не знаю, почему ты тут. Возможно они знают – он кивнул в сторону сгрудившихся оборванцев - Но всё равно это забавно. Очень забавно.
Неожиданно для самого себя Миша сделал то, что никогда не делал раньше. Он принялся креститься. Быстро и лихорадочно. Карл удивлённо поднял брови:
- Вот значит как. А это интересно зачем?
Он наклонился и прошептал Михаилу прямо в ухо:
- Думаешь после всего, что ты наделал, ты ЕМУ ещё интересен? Знаешь, это вряд ли – он снова усмехнулся.
Молчаливые оборванцы подошли ближе. На их лицах не было эмоций, они просто молча и бесстрастно смотрели на него равнодушными глазами. В желудке Михаила вдруг словно вспыхнул огонь, рвущий его на части, выжигающий внутренности, заставляющий корчиться от боли. И он закричал. Громко и страшно. Так как не кричал никогда в своей жизни. Он вдруг увидел, что лежит на какой-то ровной, твёрдой поверхности, а над головой тускло светит замызганная лампочка, освещая бетонные стены знакомого по тому, вдруг припомнившемуся сну, коридора. А потом, совсем рядом он услышал легкие, хлюпающие по воде шаги, и детский голос произнёс:
- Дядя, хочешь кушать?.....


Один из персонажей взят отсюда из рассказа "Ночёвка".
viewtopic.php?p=1003849#1003849
Аватара пользователя
Песатель

 
Сообщения: 28
Зарегистрирован: 29 Сентябрь Понедельник, 2008 19:27

Последний рывок к Свету. Ищущий Покой

Сообщение Песатель 04 Октябрь Суббота, 2008 00:51

viewtopic.php?f=32&t=10441

Утро выдалось на редкость светлое. На безоблачное небо медленно, неохотно выползало солнце, оставляя своими лучами следы на море, домах, деревьях. Ночь все еще пыталась остаться королевой, оставляя тусклые звезды, но победа дня была уже предрешена. В небе, несмотря на ранний час, резвились молодые грифоны. Их небесный танец завораживал.
Я сидела на шпиле Ратуши и следила за полетом грифонов. Шпиль – чуть ли не единственное место во всем Раттраме, где Пес с Алексом этой ночью не появились. Они вдвоем, позабыв былые размолвки, умудрились выпить чуть ли не все запасы вина и пива во всем городе. Весь Раттрам стоял на ушах. «Ну конечно, - хмыкнула я. – Победа ведь».
Я же просидела на шпиле всю ночь, не смыкая глаз. Всю ночь меня мучили подозрения. Так называемая победа меня почему-то абсолютно не радовала и настораживала. Причем мои попытки объяснить это кому-либо не увенчались успехом. Пес с Алексом заявили, что я преувеличиваю. Совет даже не пожелал меня слушать. Мирному населению тоже было как-то не до глобальных размышлений. Устав от толпы, я решила сама все проанализировать. Но крики и салюты не способствовали философским размышлениям.
«Надо бы посоветоваться с Лиралом» - подумала я, удивляясь, как такая здравая и правильная мысль не пришла ко мне раньше.
Что ж, другого выхода все равно не будет. Лирал – эльф мудрый, может, и присоветует, что мне делать. В крайнем случаи, попрошу у него Успокаивающую настойку. Не задумываясь, я спрыгнула со шпиля на площадь. Мягко приземлившись, я пару раз присела, разминая ноги и телепортировалась в один из коридоров больницы.
Лирала я нашла в его кабинете. Выглядел он уставшим и чем-то разочарованным.
- Лирал, можно с тобой поговорить? – спросила я. Мой голос был не таким звонким и спокойным, как обычно. Странно. Ее не хватало подхватить простуду.
- Да, Марина, конечно, - ответил лекарь. – Садись.
Я села на один из диванов.
- Я не хотела бы тебя отвлекать, но мне нужен совет. Или хотя бы чтобы кто-то выслушал мои мысли и сказал, что это - полный бред или трезвое суждение, - проговорила я.
- Ты меня не отвлечешь. Говорить с тобой всегда приятней, чем лечить, - в уголках глаз лекаря затаилась добрая улыбка. Мне стало совестно.
- Прости. Я очень виновата.
- Ничего. Я все понимаю. Перед тем, как мы начнем нашу беседу, я хотел бы, чтобы ты это выпила, - в руке Лирала появилась небольшая колбочка с зеленоватым зельем.
- Что это?
- Обыкновенная Бодрящая настойка. На тебя смотреть страшно.
- Спасибо на добром слове, - с сарказмом ответила я, но все же настойку выпила. Тепло разлилось по всему телу, избавляя от усталости и залечивая мелкие раны. В голове прояснилось, к голосу вернулась былое спокойствие. – Спасибо. Это одно из лучших твоих изобретений.
- Спасибо. От тебя особенно приятно услышать такую похвалу, - эльф улыбнулся.
- Может, и ты выпьешь? Вид у тебя не менее потрепанный.
- Она мне уже не помогает, - отмахнулся Лирал. – О чем ты поговорить хотела?
- Ты ведь слышал о нашей «победе»?
- Слышал? Да весь Раттрам об этом гудел! – он поднялся и стал нервно ходить по комнате. – Победа! Извини, Марина, ты действительно молодец, выбрала самый рациональный путь к победе, но это не была битва! Это отмашка!
- Вот и мне так кажется, - кивнула я. – Меня почему-то не покидает уверенность, что нас специально отвлекают от чего-то. Но чего?..
Лирал с уважением на меня покосился.
- Ты действительно достойна руководить армией. Что бы там не говорил Совет.
- Не напоминай о них, - поморщилась я. – Даже слышать не хочу. Представляешь, они меня вызвали к себе, дабы поздравить с победой. От их лживой неприкрытой лести у меня до сих пор зубы сводит.
– А чего ты ожидала? Вполне в их стиле.
- Это все понятно. Так как нам поступить?
Нашу мирную беседу прервала резкая вспышка Портала. Я резко подскочила, по руке пробежала молния, готовая сорваться на врага. Но тревога оказалась ложной. Из Портала выпорхнул маленький черный дракончик. У меня в руке погасла молния, и дракончик с важным видом уселся на предплечье. Письмо, находящееся у него в когтях, он отдавать не собирался. Вытянув шею, он взглянул мне в глаза. Смотреть на него без улыбки было невозможно. Прекрасно зная, что требуют письмоносцы, я осторожно протянула руку и аккуратно начала чесать у дракончика под подбородком. Тот прикрыл глаза от удовольствия и заурчал.
Лирал улыбнулся.
- Прекрасное создание. И ведь как мало ему нужно!..
- Согласна. Это тебе не здоровая крылатая ящерица, требующая в обмен на услугу новых знаний.
Дракончик, явно соглашаясь, что-то чирикнул. К сожалению, говорить такие дракончики не могли. Да и особой магией не обладали. Но это не мешало им быть любимцами всех поколений. Единственными, на кого их очарование не распространялось, были гномы, которые драконов вообще не очень жаловали.
Наконец дракончик взлетел с моей руки и неохотно отдал письмо, прощально чирикнул и исчез во вспышке Портала.
- Слушай, может мне в больнице завести стайку таких дракончиков? – задумчиво произнес Лирал.
- Представляю, как обрадуются пациенты, - засмеялась я.
- А что за письмо он передал?
Я села на диван и осторожно распаковала послание. Магии на нем я не почувствовала. Уже хорошо.
В письме была всего одна строчка.
«Посмотри на север»
- Что там?
- Лирал, а что у нас на севере? – вместо ответа спросила я.
- Главные ворота. А что?
Я отправила ему письмо.
- «Посмотри на север» - прочел Лирал. – Что это может означать?
- Слушай, у тебя случайно нет компьютера? Мне нужна карта.
- Есть, и не случайно, - довольно ответил эльф. – Пошли.
Мы минут пятнадцать петляли по коридорам. Наконец неожиданно для меня мы уперлись в небольшую неприглядную дверь. Лирал быстро ввел пароль и дверь распахнулась.
Чего в этой комнате только не было! Новые, еще неиспробованные никем снадобья, древние фолианты и в самом дальнем углу стоял компьютер. Старенький, но рабочий.
Для открытия карты мне потребовалось три минуты. На экране были небольшие помехи, но уже мелочи. Медленно продвигая карту от главных ворот дальше на север, я рассматривала каждый участок, пытаясь понять, о чем пытался намекнуть неизвестный адресат. Наконец я заметила какое-то движение. Приблизив изображение, я на секунду потеряла дар речи.
-Лирал….
Лирал взглянул на экран. Обычно невозмутимый, он охнул от неожиданности.
На экране в соне километров от Раттрама продвигалась вперед армия Тьмы. Не то жалкое подобие, которое было под Элизобарротом, а сильнейшие войска.
- Что скажешь? – спросил Лирал.
- Надо будить Пса и Алекса.

В течении четырех часов в Раттраме собралась довольно-таки внушительная армия. Союзников, правда, было намного больше, чем защитников. Эльфы, единороги, гномы, пегасы, грифоны, люди… Для полного счастья не хватало только драконов. Но драконы сами недавно пережили страшную войну и просто не могли выслать подкрепление.
Я, выпросив у Лирала Невидимый эликсир, стояла на стене, не беспокоясь о том, что меня могли заметить.
Первыми ехали уже знакомый мне Ралл Дар и один из лучших полководцев Арел. Когда до столкновения осталось не больше ста метров, я спрыгнула со стены, разрушив невидимость и пошла навстречу Темным.
- Марина! Рад тебя видеть! – крикнул мне Арел.
- Взаимно, - откликнулась я, останавливаясь. – Вы что, армию выгуливаете?
- Тут, понимаешь ли, войну с вами хотим развязать. Без армии как-то не интересно воевать.
- Действительно. Намерены победить?
- Почему намерены? – улыбнулся Арел. – Мы победим, и тогда весь мир будет лежать у наших ног!
- Надейся, - улыбнулась я, щелкая пальцами. Позади меня проявилась наша армия, скрытая до этого Невидимостью. Я резко выхватила мечи из ножен и крикнула: - Вперед! За Свет!
- За Тьму! – крикнул Арел.
И началась битва, равной которой по кровопролитности и продолжительности еще не было. Мы бились без передыха неделю. Я пару раз столкнулась клинками с Раллом, но настоящего поединка так и не случилось. Сказать по правде, я этому рада.
Под конец шестого дня в руках появилась неприятная тяжесть. В середине седьмого дня случилось непоправимое. На меня налетел один из Темных единорогов, протаранил и прижал к непонятно откуда взявшейся скале. Нога не выдержала напряжения и вновь сломалась. Единорог прижал своим боком мою руку и, развернувшись, сломал ее. Рог распорол мне бок, а острые зубы вцепились в шею. Как я выжила – не знаю. Через минуту он исчез.
Я валялась на земле, не в силах подняться. Даже дышать было тяжело. Откуда-то справа (совсем близко!) послышался стон. Я осторожно повернула голову. Рядом лежал Ралл Дар. У него было порван бок. Рана была наверняка смертельна. Преодолев свою боль, я подползла к нему и, положив здоровую руку на рану, прошептала слова проклятия. Слова исцеления добили бы его быстрее, чем рана. Магия вырывалась как-то неправильно, рывками. Но рана затягивалась! Я даже улыбнулась. Хотя бы одно доброе дело совершила. Теперь можно с чистой совестью можно умирать. Я закрыла глаза и отключилась.

В глаза ударил яркий свет. Все вокруг было белое. Я моргнула. Перед глазами нечетко проявлялось лицо.
- Где я? Я умерла? – прошептала я.
- Ты жива и лежишь у меня в больнице, - ответило лицо. –Сделай одолжение, постарайся попадать ко мне в качестве гостьи!
- Лирал? Ты не представляешь, как я рада тебя видеть….
Зрение наконец восстановилось. Лицо у Лирала было счастливое и усталое.
- Битва закончилась?
- Да, - кивнул Лирал. – Нам…. Помогли.
- Кто? Неужели драконы?
- Нет. Он хочет с тобой поговорить.
Он? Какой еще Он?
Позади Лирала появился человек. Он с неприязнью взглянул на Лирала и прошипел:
- Уходи.
Лирал исчез.
- Хранитель? – не поверила я.
- Рад, что узнала, - улыбнулся Хранитель. – Здравствуй.
- Здравствуй. Это ты нам помог?
- Да, - гордо улыбнулся он.
- Неужели появился Хранитель Тьмы?
- Нет. Я просто увидел, что вы в беде и помог.
Я побледнела.
- Помог? Как именно?
- Мне помогла Сила. Я выпустил ее, и Темные навеки ушли из этого мира, - довольно ответил Хранитель.
-ЧТО???
Я поднялась на локтях. Бок отозвался болью, но я не обратила на это внимания.
- Ты уничтожил…. Да как….
- Ой, да не стоит благодарностей, - махнул рукой Хранитель. – Я, собственно, по делу. Через лет эдак двадцать Сила меня покинет. И догадайся, кого она выберет приемником?
- Кого же?
- Тебя!
Начавшая было закипать ярость внезапно сменилась холодным спокойствием.
- Неужели? Знаешь, даже если такое случится, я откажусь. Я не хочу стать такой, каким стал ты. Я помню тебя до того, как ты стал Хранителем. Ты ведь был совсем другим! Откуда взялась эта надменность?
- Эй, я ведь вас спас! Понимаешь? Теперь вы можете жить спокойно!
- Сказки рассказывай детям. Они доверчивые.
- Да что с тобой?
- Что со мной? С тобой что? Ты нарушил первейшее из правил Хранителя – вступил в битву без явной причины. А единственной причиной, по которой ты мог бы вступить в битву, было бы появление Хранителя Тьмы. И то – сражаться ты мог бы лишь с ним. Ты нарушил это правило и вскоре Сила тебя покинет. Раньше срока.
Я пригляделась.
- Она, кстати, уже тебя покидает.
- Не может быть! – воскликнул Хранитель и сразу исчез.
Я откинулась на подушки. Фактически из-за воли одного человека погибло несколько сотен тысяч людей. Не верю….
В дверь опять постучали.
- Да, - откликнулась я.
Я не поверила своим глазам. В палату вошел…. Ралл Дар!
- Я вас не потревожил? – с беспокойством спросил он.
- Нет. Скорее обрадовали.
- И чем же? – улыбнулся вампир.
- Тем, что вы живы.
- Не поверите, я сам этому рад, - ответил Ралл. – Все благодаря нашим некромантам. Они первыми заметили Хранителя и успели возвести вокруг каждого из нас защиту. А сами погибли….
- Сочувствую….
Мы минуту помолчали. Первым нарушил молчание Ралл.
- Спасибо вам.
- За что? Я ничего не сделала….
- Абсолютно ничего! Спасли жизнь одному небезызвестному нам вампиру, а так ничего!
Я улыбнулась.
- Да, действительно. Я и забыла…
- К счастью, я не забыл.
- Да, действительно….
Так, стоп. У меня галлюцинации или вокруг Ралла ореол Силы Света? Нет, на галлюцинации не похоже. Он что, Светлый?
- Кстати говоря, - начал вампир. – Меня господин Лирал попросил остаться с вами. Он просто немного занят, а поручить некому… Вы не против?
- Конечно нет! Кстати, вы не хотите сыграть матч-реванш?
- С удовольствием…
Я улыбнулась. Кажется, времяпровождение в больнице будет повеселее, чем в прошлый раз….
Аватара пользователя
Песатель

 
Сообщения: 28
Зарегистрирован: 29 Сентябрь Понедельник, 2008 19:27

Обычная история или Каникулы Героя. Тот, кто видит все.

Сообщение Песатель 05 Октябрь Воскресенье, 2008 13:52

Обычная история или Каникулы Героя

Продолжение приключений небезызвестного Спасителя Нимфоманок.
viewtopic.php?f=32&t=10434

- Хэй, кэп…мы же договаривались на двадцать?! – парень возмущенно стукнул по столу. – Знаешь сколько я там, в песках, провалялся, пока эту дрянь не поймал?!
- И что? Я, по-моему, ясно выразился, - потрясывая щупальцами, обрамлявшими жирную, слизкую морду, просипел азхарг. – Или забирай четырнадцать кусков или проваливай отсюда…
- Смотри сюда, - вытягивая из кармана КПК-шку, уже спокойнее возразил он. Пощелкав что-то пальцем на экране, он сунул ее прямо в лицо инопланетянину. – Что здесь написано? «За убийство ишкыра у Восточного водогона – 20 000 кредов». Твой запрос? Я работу выполнил, где мои деньги?
- Послушай, Жак…ты же знаешь я существо подневольное. Сколько сверху денег пришло, столько и отдаю. Но так уж и быть, мы с тобой давно знакомы, и я доплачу тебе еще четыре тысячи…из своего кармана, заметь. А теперь выметайся отсюда и будь благодарен. Через 15 минут тут будут наши торговые клиенты. Деньги в бухгалтерии получишь, Ирэн тебя проведет, - кэп кивнул на, с виду, бесполое существо, стоявшее у двери.
- Не надо, я сам. Как ты сказал: мы давно знакомы, не заблужусь…
Раздосадованный парень вышел за дверь, громко хлопнув дверью.
- Чертов еврей, - буркнул он, натягивая плотный шлем. Как подсказывала память, такие раньше носили мотоциклисты. Вот только вряд ли их головной убор был способен выдержать удар 7-ми миллиметрового патрона.
Спрыгнув с невысокой лестницы, он почти сразу по щиколотку увяз в песке. Оглядевшись вокруг, паренек понял, что за три месяца его пребывания здесь почти ничего не изменилось.
- О, халера! Какими ветрами тебя сюда занесло? – кряхтя суставами, несся ему навстречу старый скелет. Даже для этих странных существ, Сименс выглядел потрепанным и очень пожилым представителем.
- Здарова, друг. Ну, как ты? Все хромаешь? – осторожно обнимая скелета, спросил он. Сименс был едва ли не единственным обитателем базы, с которым у нашего героя сложились столь теплые отношения. Именно этот старый скелет нашел паренька в пустыне, когда тот умирал от голода и обезвоживания. Типичная история для этих мягкотелых людишек.
- Как видишь, - тот развел руками. – Чертовы повстанцы еще старее меня. И где они в эпоху нано-технологий и энергооружия умудряются доставать эти помповые ружья и пушки, а? Да я даже при жизни такого не помню…До сих пор чешется, - добавил он, потирая криво сросшуюся голень.
- Если бы ты знал, Сименс, сколько этого металлолома можно найти здесь, за Барьером, - наемник улыбнулся, глядя в слегка мерцающие глазницы старика. – Ладно, прости…мне нужно деньги забрать. Ваш хренов капитан в конец обнаглел…
- О-о-о…Снова улов? Ну-ка, что там у тебя? – с любопытством спросил скелет.
- Да вот вашего ишкыра поймал, - доставая из энергопакета огромный светящийся рог, похвастался парень. – Осторожнее, он все еще током бьется.
- Не учи старика, - покряхтел скелет. – Ладно, топай…Нам за вами, молодежь, уже не угнаться… Даже на этого красавца нашелся свой храбрец. Ты сразу после этого поедешь?
- Наверно да. Что мне еще у вас тут делать, чай, всю работу уже исполнил. Линяю отсюда короче…Съезжу в Зону, отдохну чуток…
- Ну, давай, удачи, салага. Еще увидимся как-нибудь…
Деньги получил без промедлений, что было весьма удивительно для лагеря, где командовал ашхарг. Распрощавшись с трофейным рогом, он не стал дожидаться встречи с очередными клиентами этого хрыща, сел в свой кар, и уже через пару минут был в полусотне миль от лагеря.
- Автопилот, цель: Зона 47, Юго-Западный портал. Можем сильно не спешить, времени полно…
- Принято, - прожужжал приятный женский голос.
- Сегодня гульнем, Вики. Включить гало-проэктор. Связаться с капитаном Песчаного Лагеря.
- Связь установлена, начало трансляции.
- Привет, кэп. Это снова я, твои щупальца еще на месте?
- Что тебе надо?! – рассерженно спросил ашхарг, привставая из-за стола.
- Да так, я у вас забыл кое-какие вещички. В забое номер шесть. Твои подельники уже прибыли или у меня еще есть время вернуться и забрать свое добро?
- Ну уж нет, - прошипел пришелец. – Во время думать надо. Заберешь в следующий раз, не хватало нашим «спонсорам» лицезреть еще твою наглую рожу.
- Ладно-ладно…Передавай привет Ирэн, скажи ей нужно сбросить еще кило двадцать, чтобы ее туша смогла спрятаться под столом…О, и на последок. Меня зовут Жан, не Жак…Запомни, красавчик.
Жан улыбнулся и, предвещая нецензурную брань своего работодателя, выключил гало-связь. Вытянув из кармана пачку сигарет, он снял шлем. Внешность парня менялась на глазах: он разом состарился…лет на десять, не больше, оставшись, тем не менее, весьма привлекательным. Как для человека.
- Давно мечтал это сделать, - устало уронил Жан, выбрасывая пачку в окно своего кара. – И кто придумывает эти «легенды», а? Эх, ладно…
Вытянув из другого кармана КПК, он вновь склонился над дисплейчиком. Проведя несколько манипуляций, он вывел на экран еще одну, не слишком лицеприятную физию.
- Привет, Юми…
- Почему так долго, Жан? Я было подумал, что ты наконец-то прокололся…
- И я тоже рад тебя видеть. Ладно…принимая работу, - выудив откуда-то из недр костюма … о, ужас, старый, ручной взрыватель, Жан с улыбкой продемонстрировал его перед экраном. – Эта игрушка мне стоила кучу денег. Надо будет добавить в строку непредвиденных расходов. Итак…скажем «бай-бай» Песчаному Лагерю и его веселым владельцам.
Не затягивая действо, Жан нажал на кнопку, по традиции – красную. Где-то далеко за спиной раздался взрыв.
- Ну что, засчитываешь работу?
- Да, деньги уже переведены. Удачи, Жан. Я свяжусь тебе, как будет наклевываться что-то крупное, - через минуту ответила морда и исчезла с экрана КПК-шки.
- Вот так вот, Сименс. 790 штук за один день. Прости старик, но это всего лишь бизнес, - Жан усмехнулся. Вот уже как десять лет он привык говорить об уничтожении преступников как о бизнесе. Потому что так оно и было. В новом мире, где у власти стояли такие же точно бандиты и убийцы, только более влиятельные, убийство им подобным стало выгодным делом. Поэтому патологические герои, как вот Жан, и нашли себе удобное занятие. Вроде бы и мир спасаешь, злодеев убиваешь, и карман всегда полон. Что ни говори, удобно.
- Когда прибываем? - обратился «герой по найму» к своему бортовому компьютеру.
- Расчетное время прибытия в Зону 47: 13 минут…27 секунд…
- Разбудишь меня, как будем на месте…- устраиваясь поудобнее в кресле пилота, прошептал Жан, мгновенно погрузившись в полудрему.
- Принято…

***

Зона 47…Оазис среди полуистлевших остатков цивилизации. Огромное, сфераобразное сооружение напоминает постороннему наблюдателю времена, когда Нью-Йорк гордо именовали «Большим яблоком». К счастью, таких товарищей не сохранилось, поэтому громадное сооружение так и осталось «зоной».
- Ваша карточка, - металлическим голосом затребовал компьютер.
Жан без задержки вытащил старый, потертый бумажник. Поковырявшись среди бесчисленного множества ламинированных карт, он достал наиболее свежую по его мнению. С поверхности на него томным взглядом всех трех глаз взирала полуобнаженная Джили Си-Кей, модель журнала «Фигс» предпоследнего издания.
- Пожалуйста, - скривившись, ответил он в микрофон и прислонил электронную карту к сканирующей поверхности.
- С прибытием в Зону 47. Рекомендуем не пользоваться 37-мой скоростной магистралью. Там сейчас огромная пробка с 13 по 25 уровни. Приятного времяпрепровождения.
- Спасибо…
Не задерживая приличную очередь, Жан ввел координаты своего любимого ресторанчика и откинулся на спинку кресла.
- Как хорошо вернуться в заботливое лоно Большого Города, - выглядывая в окно на не больно и скрывающихся гопников и мелкую шпану, пробормотал он. Вот два циклодока избивают беднюгу-карапуза с Юнион-6. Ведь так просто, притормозить, срезать через две полосы прямо к энерго-барьеру и, пробив его гранатой, помочь мальчугану. Вот только…скорее всего этот самый карапуз сам виноват. «А нечего было занимать у этих парней деньги, услаждая свои пять желудков деликатесной человеческой печенью. И нет, чтобы довольствоваться клонированными органами, живого захотелось…Настоящего». А раньше, все было так просто: были плохие и хорошие люди. Нужно было защищать одних от других.
Прикрыв глаза, Жан глубоко вдохнул. Нет, он не устал…Просто впереди приближалась промышленная зона, а ему очень не хотелось закрывать окна кара. На такой скорости весь этот ядовитый газ все равно бы выветрился за пару секунд.

Добрую половину города он проскочил за тридцать минут – небывалый рекорд по нынешним временам. Когда его машина «пришвартовалась» у двери знакомого здания. Времена консьержей и парковщиков остались позади, поэтому Жан просто подвинул два драндулета, стоявшие по соседству.
- О, мистер Мэтью, - радостно обратился к нему бармен (стойка находилась буквально в двух шагах от двери, ни о каком фейс-контроле или охране речи здесь тем более не велось), узнав постоянного гостя.
- Привет, Бэн. Сегодня просто Жан. Обстоятельства, - подняв руку в знак приветствия, ответил посетитель.
- Понимаю, - ехидно улыбнувшись, заверил Бэн, похоже, решив, что очередной псевдоним скрывающегося наемника.
Пожалуй, единственным преимуществом этого ресторанчика было то, что большинство клиентов были представителями человеческой расы, находившейся на гране исчезновения. Справедливости ради, стоит заметить, что многие межзвездные цивилизации, колонизовавшие землю, уже внесли ее в свои Красно-Сине-Желто-Пурпурные книги. Более того, многие из бесчисленного скопища инопланетных принцесс стали считать большой роскошью – заводить в гареме раба-человека, чем некоторые не слишком отягощенные моралью личности умело пользовались.
Выбрав столик в глубине зала, Жан направился к нему и уже со своего «стратегического пункта» окинул залы оценивающим взглядом. Здесь сегодня было не слишком-то и людно. Т.е. как…помещение, как обычно было заполнено до отказа, так что Жану по пути даже пришлось опрокинуть двух изрядно набравшихся парней. Просто соотношение людей к иноземцам, как стали тактично именовать всех, прибывших с других звездных систем, было почти один к одному.
Заказав старого доброго эля, успешный наемник, как обычно, стал выискивать опытным взглядом приключений на эту ночь. Раньше у него это неплохо получалось и оставалось надеяться, что за три месяца в пустыне он не растерял навыков.
Однако, как и следовало ожидать, насладиться триумфом ему не дали. Совсем не затейливо, как и в старые-добрые времена, группка инопланетян окружили парня, отрезая все пути к бегству. Завсегдатаи сами собой освободили проход, их даже не надо было этому учить – подобные дела тут происходили десять раз на дню. Веселье кругом даже не затихло: все старались насладиться каждой секундой, которая в любой момент могла стать последней. Что им было за дело до еще одного неудачника, если каждый здесь рисковал в следующий миг оказаться на его месте.
- Чем могу помочь парни? – с намертво прилипшей улыбкой на губах, вопросил Жан.
- Месье Жан, наш хозяин хочет с вами поговорить, - довольно четко и внятно ответил громила с просто монументальной мордой. Нос картошкой, заросшие кусты бровей, щель-трещина рта…в его случае эти слова не были красочными эпитетами. Крепкие и мощные товарищи, почти в полтора человеческих роста, нежно прозванные в народе «древни», были типичными представителями среди профессии мордоворотов. А сей экземпляр похоже был исключительным: уступая своим сородичам в росте, он похоже брал свое шириной ствола и нейронными связями. По-крайней мере на совсем тупого увольня он не походил.
- Позвольте, но я же только прише…- однако, герой даже не успел встать из-за стола. Его рука уже сомкнулась на ручке бластера, когда только что заказанная им самим бутылка разбилась о его же лоб.
«Надо будет перестать быть столь опрометчивым» - обижено подумал Жан, отключаясь

***

Что радует больше всего, в наступившем темном веке, так это то, что действовать стали куда гуманнее. Или эффективнее. Раньше всех посторонних свидетелей просто «убирали», теперь же считалось не профессионально их «допускать». Мешок-невидимка – удобная штука. Именно в таком приспособлении проделал Жан весь путь до огромного развлекательного центра прямо в ядре Зоны 47. Заблаговременно включенный маячок послал сигнал о местонахождении прямо в мозг, коротким нервным импульсом, стоило ему только очнуться.
- Привет, Вэй, - сказал…хотя нет, все же подумал он. «Информационная заглушка» на голове все еще препятствовала подаче каких-либо вокальных данных. Впрочем, от столь неудобной не удобной вещи, прародителем которой была простая затычка или кляп, его быстро избавили, прежде вытянув из мешка. Насколько он мог оценить, приняли его действительно по-королевски.
Жан сидел на роскошном леопардового цвета диване 2 на 5 метров, усыпанный подушками. Прямо перед ним на столе стоял серебряный поднос («Интересно, и где она достает все эти древности?» - пронеслась в его голове случайная мысль) со свежими фруктами: на тарелке извивались и слегка подрагивали напоминающие желе флаберы и джусмы – привет от наших инопланетных друзей. Для темной и необразованной людской расы все эти прелести иноземных садов и оранжерей все равно оставались теми же самыми яблоками, грушами, бананами и прочим. Только более мерзкие с виду. Рядом со всей этой трясущейся массой, стоял хрустальный графин с голубоватым содержимым.
- Привет, Вэй, - повторил Жан, протягивая руку к графину. Не обнаружив на столе стаканов, он пожал плечами и, отвернув крышку, слегка приложился к двухлитровому сосуду. – Всегда уважал твой вкус к хорошим вещам…
- Значит, с формальностями мы покончили, - медовым голоском констатировала женщина и обернулась.
Вей Ду Лиин – почти человек, это, наверное, лучшее ее описание. Внешне, она очень напоминает азиатскую девушку. «Азиатский цветок», как назвал ее первый увидавший человек…прежде чем лишился рук. Впрочем, маньяку-извращенцу со стажем, коим был Альберт Диш, не стоило ожидать иного. Удивительная способность Вей читать мысли и чувства людей, вместе с ее уникальным чувством справедливости, быстро превратили милую, очаровательную девушку в хладнокровного убийцу, а со временем и одного из боссов преступного синдиката. Вторую добрую половину ее легендарного обаяния забрали парочка телеведущих, раскрывших секрет ее удивительной прически. Надо сказать, что их тела так и не были найдены, несмотря на то, что Вей продолжала утверждать, что не имеет к их исчезновению никакого отношения. После этого случая она перестала скрывать свою тайну, за что и получила красочное прозвище «Горгона». В отличие от своей мифической тески, она не могла превращать людей в камень. Зато пользоваться достижениями крио-инженерии умела вполне. За несколько десятилетий она создала целые парк, скульптурами в котором были самые отъявленные головорезы, бесцеремонные политики (когда эта братия еще жила на нашей планете) и мафики, что смели совать нос в ее дела. Когда эта галерея стала слишком большой, она даже нашла оригинальное решение проблемы, поместив все экспонаты в одно здание и открыв платный музей ледяных скульптур. На радость многим людям, цены были не слишком велики, и практически любой желающий мог полюбоваться на злодеев и бандитских авторитетов, про которых читал в желтой прессе.
Но вернемся к самой красавице: отличная, спортивная фигура, тонкие черты лица, азиатский разрез глаз…таких холодных и сдержанных. Сложив все это вместе, Жан мог увидеть перед собой весьма впечатляющую картину. Всю разницу с человеческой красоткой составляла серебристо-металлическая кожа, поцарапать которую в первое время не могла ни одна пуля и целый лес живых, изумрудных змеек, заменявших ей волосы. Именно этот зоопарк, во главе со своей хозяйкой и взирал сейчас оценивающим взглядом на развалившегося на диване человека.
- Ну и что же тебе от меня надо? – несмотря на всю свою смелость, даже Жан не рискнул произнести ее прозвище вот так просто.
- Скажем так…ты сорвал одну мою крупную сделку и испортил отношения с иностранными партнерами, Жан. Надеюсь, мне можно называть тебя ЭТИМ именем?
- Ну…не то, чтобы я его скрывал или что-то в этом роде, но…
- Отлично, тогда я не буду терять времени. У меня сегодня пока что еще хорошее настроение, за прошедшие 32 часа мне его никто так и не удосужился испортить, поэтому у тебя два варианта: или ты убираешься из Зоны, и я больше никогда о тебе не слышу… или в моем «саду» появится еще одна скульптура.
Горгона приземлилась в мягкое кожаное кресло и эффектно крутнулась на стуле, закинув ногу на ногу.
«Прям как «Основной инстинкт», - подумал Жан.
- Я смотрела эту запись, - холодно прокомментировала она. – Не впечатлило…
- Я уверен, что ты можешь и лучше, - не растерялся наемник.
- Так что ты выбираешь?
- Знаешь…я, наверное, еще позлоупотребляю твоим гостеприимством. Ты же в курсе, я всегда не мог оторвать от тебя взгляд…
- Ну что ж, - совершенно искренне вздохнула Вей. – Я считала тебя разумнее. Дупо, отведи месье Жана в морозильник…
- Да, босс, - отозвался древень, оказавшись уже за спиной парня. В следующий миг руки-сучья уже схватили его за плечи и подняли с мягкого дивана.
- Постой, Вей…ну зачем же так грубо…Вспомни, когда мы виделись последний раз…
- Это всего лишь бизнес, - стандартная фраза жуткой насмешкой слетела с ее губ. – А ты ему мешаешь…Я дала тебе шанс, Жан. Не беспокойся, я буду тебя навещать в «саду»
- Вей…постой…Вей! – пытаясь вырваться из объятий древня, прокричал он, но было поздно: Горгона и ее покои скрылись за дверями лифта-телепортатора.

***

- Минус двенадцатый этаж, Морозильные Камеры, - нежно произнес голос лифта. – Пожалуйста, соблюдайте правила безопасности. Это в ваших же интересах.
- Очень заблаговременное предупреждение, - цокая зубами, произнес он, когда Дупо в сопровождении еще трех охранников вышел из лифта. Холодина стояла жуткая: вокруг стояли многочисленные колбы с крио-растворами. Несколько несчастных лаборантов, в еще древних термокостюмах. Вобщем, типичная лаборатория «Доктора Зло». Этаж заморозки.
- Эй, Дупо, у тебя мозги не отмерзнут? – с издевкой спросил Жан, болтыхаясь в полуметре над полом.
- Нет. Я здесь ненадолго, - ответил древень, опуская его на пол. Как только хватка телохранителя ослабла, жертву тут же заковали в какой-то слегка мерцающий энергетический кокон. – Позаботьтесь о нем, босс сказала, что из него должна получиться красивая статуя…
С этими словами, Дупо довольно проворно исчез за заслонками лифта, оставив Жана наедине с тремя сопровождающими.
- Топай давай, - толкнул его в спину дебелый парень с какой-то очень отдаленной планете. Каменная корка на его коже говорила либо о высокой гравитации и своеобразном составе родной планеты, либо о нескольких операциях перенесенных уже здесь, на Земле. Второе было даже как-то поубедительнее, потому что писклявый юношеский голосок никак не подходил двухметровому амбалу с пудовыми кулаками.
«Ну, пора, наверное. Позабавились, и хватит…» подумал Жан, и легко так, будто поправляя костюм, повел плечами. В мгновение ока кокон покрылся сетью искрящихся трещин.
- Крепко ладили, - стряхивая с себя остатки сети, уважительно заметил он. – А что касается вас…
И снова ему не дали закончить: первый охранник тут же оказался рядом, занося руку для удара, и наемнику пришлось уворачиваться от несущегося к его лицу кулака. Пригнувшись от могучей подачи в челюсть, Жан, опершись на руки, по-ослиному лягнул нападавшего. Несчастный андроид, когда-то видимо бывший марсианином (почти люди, со слегка измененной физиологией), пролетел метров пять, прежде чем бухнулся в стену.
- И чем вас только заправляют, - усмехнулся он, удачно отправив в нокаут второго соперника. С третьим охранником Жану пришлось провозиться на пару минут дольше. До предела накачанное тело было явно усилено внутримышечными имплантатами. Приходилось отдать должное современным ученым. Всяческие усилители и анаболики могли любого ботаника заставить сражаться наравне с Гераклами и Ахилами древности. Впрочем, исход дела это не изменило: потягавшись в чистой силе, Жан обреченно вздохнул и тихо-тихо, даже слегка покраснев, произнес:
- Нано-костюм, мощность 25%. Активировать, - после чего пальцы нападавшего жалобно хрустнули, превращаясь в мясной фарш. Под давлением усиленных нано-машинами рук нашего героя, кисти охранника смялись и лопнули как перезрелый флабер, разбрызгивая вокруг лоскуты мяса и слизи. Бедняга жалобно застонал, откатившись в сторону, и больше угрозы не представлял. Пнув несчастного напоследок, Жан направился к лифту. Открыть дверь было делом нескольких секунд. Еще столько же заняло у него расстояние до входа в портал, после чего остолбенело взиравшие на это все ученые-лаборанты только и видели что яркую вспышку и искры исходящие из потухшего окна телепортера.

*Через пятнадцать минут, офис Вей Ду Лиин*

- Мы, кажется, немного не договорили, Вей, - с безмятежной улыбкой на губах заметил Жан, открывая дверь ее кабинета. – Я хотел тебе что-то сказать, прежде чем некие милые личности меня так бесцеремонно прервали. О, вот, кстати, и он. Привет, Дупо…Так о чем это я? Ах, да. За те 300 лет, что ты провела на Земле и за те 250 из них, что я тебя знаю ты ни…
- Отойдите назад, босс, - прогремел древень, прикрывая могучей спиной Вею. – Я с ним разберусь…
- Ты сильно просчитался, Жан, вернувшись сюда с голыми руками. Быть может ты не в курсе, но даже тебе не остановить Дупо в бою один на один, - холодно заметила Горгона, хотя даже на ее лице была видна растерянность.
- Да ну? – язвительно осведомился парень, удобно устроившись на диване. – Кажется они все так думали о себе, - небрежный кивок в сторону распластавшихся на полу двоих телохранителей. – Так вот, за те годы, что я тебя зна…
Конечно, Дупо не собирался затягивать схватку. С невообразимой для своего тела грацией, он качнулся вперед, мгновенно оказавшись перед Жаном…когда коротка вспышка света остановила его бросок.
- Черт, и почему во имя Вселенского равновесия мне не дают договорить. Герою ведь полагается произносить напыщенные речи, разве я не прав? – поигрывая бластером, спросил он. Эту игрушку он успел спрятать среди подушек, еще когда сидел здесь, наслаждаясь гостеприимством Вей. Разбросанные вокруг подушки были тому лучшим подтверждением.
- И ты думаешь, что это меня остановит? – тяжело дыша, спросил древень. Меткий выстрел Жана, обещавший оставить Дупо без головы, проделал дыру в его кисти и, пройдя насквозь, прочертил неглубокую борозду на его правой руке. Энергопоток остановился в паре сантиметров от головы древня, враставшей прямо в туловище инопланетянина. – Видимо ты ничегошеньки о нас не знаешь. Меня этим нельзя убить…
Рана зарастала прямо на глазах, древесные волокна сами собою сшивались, и вот на месте дыры в кисти уже стояла «пробка» из свежесозданной древесины. Хрустнув сучьями пальцев, древень угрожающе приблизился к Жану.
- Вообще-то я и не намеревался убить тебя этим выстрелом. Просто, понимаешь, небольшая капсула с довольно редкими, коллекционными термитами, привезенными с Зеты-5, которых я купил совсем недавно и поместил на твоей ладони, пока ты меня заботливо нес…- не успел парень договорить, как все тело древня уже стало труситься, издавая странные звуки. – Лопнула при выстреле. И сейчас эти маленькие проказники расползаются по твоему телу. У тебя осталось минуты полторы, прежде чем они доберутся до нейронной сети. Удачи, Дупо…- и Жан помахал рукой вслед уже вылетающему из комнаты древню. Крик, сопровождавший все движения горе-телохранителя, больше подходил какой-то матроне, увидавшей в своей постели огромную, жирную крысу.
Вдоволь насмеявшись, наемник повернулся к Горгоне.
- Знаешь, тебе стоит получше выбирать кадры, - отпивая еще немного вина из графина, что так и стоял на своем, обратился к ней Жан. Вей, закусив губу, взирала на все происходящее. Тонкие, серебристые брови, сошлись в одну линию. Похоже, она о чем-то ожесточенно размышляла. И мысли ее никак не были позитивными.
- И что дальше, Жан? Что ты будешь де…- она не успела закончить, потому что в этот момент КПК в его кармане разразился неприятными звуками.
- Извини, одну минутку…У меня деловой звонок, - извинился он, вытягивая наладонник.
- Чего ты от меня хотел, Жан? – раздался из динамика до боли знакомый голос.
- Юми, будь так добр, посмотри – в сети есть информация о «Горгоне» Ду Лиин? – Жан специально произнес «неофициальное» имя женщины, тем самым вызвав вспышку гнева на ее прекрасном лице.
- Издеваешься? – усмехнулся голос. – Дон Фудо, 2,6 миллиарда кредитов, Ями Сю полтора миллиарда. Есть еще несколько других заказов, от «начинающих», но на них не стоит обращать внимания…А что такое?
- Посмотри сюда, поймешь? – поднимая КПК, так чтобы морда с экранчика могла легко рассмотреть обстановку в офисе и саму Вей Ду Лиин, как истукана застывшую посреди своего кабинета.
Из динамика послышался все тот же голос, только чуть грубее и более сиплый, произносивший явно что-то нецензурное на родном для его обладателя языке.
- Эй, урод! ЗДЕСЬ МЕЖДУ ПРОЧИМ ДЕВУШКА! – покраснев всей своей серебристой кожей, заорала Горгона, отворачиваясь. Жану оставалось только с улыбкой догадываться о содержимом голосового послания Юми.
- Ну, так что, Юми? Примешь заказ? – бросив компьютер на подушки, спросил Жан.
- Хм, 4 миллиарда с копейками. Жан, ты сделаешь меня богатым. Не забыл – мои комиссионные всего 8%. Но при таких суммах…
- Теперь слово за тобой, Вей, - обратился к некогда хладнокровному боссу мафии парень, казалось бы простой человечек с заурядной планетки.
- О чем ты?! – опешила Горгона.
- Ну…не разочаровуй меня, Вей. Готова заплатить больше? За свою-то голову…Считаю до трех. Один…два…
- Ах ты бесхребетный паразит! – завопила Горгона, в мгновение ока, вытягивая из под одежды портативный замораживатель.
- …три, - произнес Жан. После этого последовало три выстрела, треск стекла и женский крик, в котором опытный Юми мог прочитать злость, боль и…обиду.
- Как ты и говорила, Вэй. Это только бизнес…Юми, ты меня слышишь?
- Да, Жан…
- Готов деньги, я жду их на своем счету через 25 минут.
- Обижаешь, - усмехнулся голос. – Ладно, до связи…И все-таки поразительный ты человек Жан.
- Я сам себе иногда поражаюсь, - с улыбкой ответил он, но его напарник уже отключил связь.

*Этот же день, 31:15. Любимый бар Жана*

Жан сидел, неторопливо попивая любимый эль. Все шло просто отлично. За один день он избавил мир от кучи злодеев и разжился 4 с лишним миллиардами кредитов. Как любил говаривать его друг: «на первое время хватит, а там…видно будет». После очередного глотка, он уже не помнил какого по счету, герой по найму откинулся на спинку дивана и стал разглядывать происходящее внизу, на первом этаже, через прозрачное стекло пола своего Вип-ложа. Бэн не поскупился, предоставив почетному гостю лучшие апартаменты, в извинение за случившееся утром. Наверное, об этом нельзя было сказать сразу, но Жан слегка нервничал. Ему редко доводилось проворачивать столь крупные дела. Тем более, убрав одного из главных боссов это города, он рисковал сам стать объектом для охоты. Чтобы успокоить свои нервы, он решил еще раз проверить свой счет в банке «Галактик Ситизен». На накопительном счете красовались цифры «4 650 000 000 кредитов». А Юми обещал, что добавить еще миллиард, когда свяжется со всей той мелкой шантрапой, что тоже была заинтересована в гибели Вей.
- Опаздываешь, - буркнул Жан, заслышав стук открывающейся двери.
- Прости, милый. Задержалась у парикмахера. Ты волновался? – нечто мягкое и пушистое легло ему на плечи. Серебристая ручка обняла Жана за шею.
- Конечно, а ты как дума…ешь, - подняв рукой челюсть, закончил он. – Ви, это ты?
- Ага, - с улыбкой ответила Вей. – Не узнал, да?
- Конечно узнал…Ты выглядишь потрясающе!
Вид Горгоны действительно изменился, и по субъективному мнению парня – в лучшую сторону. Десятки змей, часть из которых ему пришлось отстрелить, имитируя гибель Вей, исчезли. Их заменили синтетические волосы: длинные, роскошно блестящие на ее голове. Они были много толще привычных, человеческих, но их способность менять цвет, форму, длину и прочие качества всегда особо ценилась женщинами. Сейчас эти темно-каштановые, волнистые кудри были легкими как пушинки и подпрыгивали на ее голове при каждом движении. Пожалуй, она смотрелась бы роскошно в каком-то дорогом платье от Питюр или Гибони (эта фирма сменила не только название, как вы можете заметить…) Но Вей выбрала более распутный стиль: короткая, переливающаяся всеми цветами радуги юбка и удобная в путешествиях кожаная куртка, легкая футболка времен второго возрождения баскетбольной лиги. На груди эффектно красовалась надпись «Saint Patrick Predators, 2379», впрочем грудь Вей и без того выглядела весьма эффектно.
- Я смотрю, ты посетила пластического механика, - с издевкой произнес он.
- Сейчас как получишь по лбу, - обижено отозвалась девушка.
- Да ладно тебе, брось. Я же пошутил, - примирительно поднял руки вверх Жан. – Лучше скажи, у тебя все готово?
- Конечно, вот документы, карточки. И немного на карманные расходы, - с улыбкой ответила Горгона, вытаскиваясь из безразмерной сумочки пластиковые карточки и прочую мелочь. Последним на стол легли две пачки металлических банкнот.
- Нал?! – удивленно осведомился наемник. – Пожалуй, последний раз я столько видел, когда мы играли в покер с парнями в Сэинт Луисе. Только было это лет 600 назад…Хм, а как тебя теперь зовут? – взяв карточку со стола, Жан чуть не упал в обморок. – Мисс Шэрон? Что ж. Могло быть и хуже…
- Да брось, кто помнит такую древность. К тому же, когда нужно было заполнять анкетные данные, у меня абсолютно все вылетело из головы. А тут вспомнила…кабинет…кресло …«Основной инстинкт». Сам виноват, между прочим…
- Пройдет, - с улыбкой махнул рукой Жан. – Ну что, пора в путь. Мой кар прямо снаружи. Идем?
- Да, наверное, пора…Что ж, босс мафии уходит со сцены, - Вей слегка поправила кудри. – Пора пожить в свое удовольствие.
- Верно, пошли…
И последним препятствием между ними и долгожданной свободой, отдыхом и райской жизнью…стал переполненный зал забегаловки.
- Слушай, - внезапно притормозила Вей. – А я ведь…я ведь действительно подумала, что ты меня там убьешь, Жан…
Казалось, она даже покраснела.
- Угу…- буркнул он невпопад.
- Я серьезно! – дернула она его за руку. – Я ведь правда убить тебя собиралась…Ты прям как кость в горле последнее время был…
- Ну…такая у нас, у героев работа, - повернувшись к девушке.
- Дурак ты! И все-то тебе удается, - бросившись ему на шею, запричитала Лиин. – У меня там охраны было четыре дюжины человек. И еще столько же там бы оказались, задержись ты хоть на пару минут…
- Ты даже не представляешь, Ви, на что способен влюбленный мужчина…
Она по-детски глянула ему в глаза, невинно, как младенец.
- Правда? – спросила она, уже готовая расплакаться на его плече.
- Конечно, Ви. Я … люблю…эту жизнь, - с улыбкой ответил Жан. – Каждую ее секунду, мгнове…
Он не успел закончить, потому что звонкая пощечина прервала его тираду.
- Вот дурак, - отворачиваясь и в который раз краснея, произнесла «экс-Горгона».
- Ха-ха-ха…Ладно, прости. Я действительно тебя люблю.
- Идем, а то транспортные магистрали закроют, - вытирая глаза, произнесла она. – Целую вечность будем через дворики выбираться…
- Да, вперед…
Уже у самого выхода они задержались еще на минутку. Вей, внезапно, увидела кого-то в зале и, вырвав свою руку из ладони Жана, стала подпрыгивать и махать кому-то руками.
- Пока, мистер, До свиданья!!!
Ему стоило немалых усилий оторвать девушку от этого занятия и выбраться вместе с ней наружу. Забравшись в машину, они выехали на основную магистраль, уходившую далеко на северо-запад. Где-то за полсотни миль от выходного портала из Зоны, КПК Жана вновь завибрировал.
- О, Юми. Хорошо, что ты вышел на связь, - отозвался Жан, отключая гало-проектор. Вей, без лишних замечаний, притихла на заднем сиденье.
- Все в порядке, Жан? – осведомился знакомый голос.
- Да, деньги на месте. Вот сейчас придаюсь раздумьям, куда бы их потратить…
- Вложи в акции, обеспечь свою старость, вот как я, например, - сухо отозвался Юми.
- Очень смешно. Ладно, слушай. Я хотел тебя попросить…Можешь вычеркнуть все мои заказы…хотя бы на ближайшие полгода. Хочу взять отпуск, отдохнуть от всей этой кутерьмы.
- Хорошо, Жан. Это будет не просто, но я постараюсь…Ты знаешь, сейчас очень мало спецов твоего уровня. Все больше молодежь, начитавшаяся геройской манги и старых комиксов. Дилетанты. Ты потеряешь большой куш, если уйдешь сейчас. Не пугает?
- Не бойся, Юми, ты же меня знаешь…Я не смогу завязать, - успокоил напарник Жан.
- Ладно, друг. До встречи. Набирай, если вспомнишь…А дельце для тебя у меня всегда найдется…
- До связи, - отозвался Жан и обернулся к Вей.

- Всего-то полгода? – расстроено спросила она. – Ты меня совсем не любишь…
- Конечно люблю, не переживай ты так. Обещаю, что не буду пропадать…ну скажем, больше чем на месяц. Честное геройское! – заверил ее наемник.
- Смотри мне! А то прокляну, говорят в моем роду были астральные ведьмы…
- Хорошо-хорошо, - рассмеялся Жан. – Слушай, а кого ты все-таки там увидела? Ну, в баре, – удивленно вспомнил он на очередном повороте трассы.
- Да так…одного твоего знакомого, - ответила Вей, пролезая следом. – Ой…ну и рухлядь. Будь так добр, купи что-нибудь поудобнее, когда снимешь деньги со счета.
- Ну уж нет…мы с этой крошкой через многое прошли. Постой, как ты сказала? Моего знакомого?
- Ну да, - слегка растеряно ответила она и ехидно добавила. – Того милого костлявого старичка, что ты послал помочь мне с делами. Он еще хромал на одну ногу, кажется кости плохо срослись…Он порекомендовал мне отличную парикмахерскую, да и документы отличные сделал…
Вей все что-то рассказывала, но Жан уже слушал ее в пол-уха. На полуавтомате, он вел машину к портальным вратам. А в голове вертелась странная мысль: «Вот старый прохиндей…»

*Вне Зоны 47, Северная пустошь*

- Послушай, Жан. А куда мы направимся? – спросила Вей, разглядывая карту.
- Ну не знаю, - задумчиво ответил он. – Есть пожелания?
- Я слышала, что в Лас-Вегасе открылся новый горнолыжный курорт. Может съездим туда. Я всегда мечтала покататься на лыжах, но с этими делами…
- Тогда решено, направляемся в Лас-Вегас, - слегка скорректировав курс, заявил Жан и включил автопилот. – Путь туда неблизкий, поэтому предлагаю заняться чем-то более интересным…
- Эй, Жан…ну не здесь же, ты меня вообще слышишь?! Эй!

*В это же время в любимом баре Жана*
Светлая маслянистая жидкость без всяких спецэффектов испарялась между ребер старого скелета. Опустив бокал и утерев зубы, он взглянул на экран своего мониторчика. «Сигнал потерян», - красовалась там одинокая надпись.
- Значит, он таки нашел жучок, - улыбнулся Сименс, вставая из-за стола. – Ну что ж, удачного пути, парень. Удачного пути…
Натянув нелепую бейсболку, старый скелет закрыл КПК-шку, где на экране вращалось по своей оси изображение головы не безызвестного нам Юми.
- Мы с тобой еще увидимся, Жан. Я уверен, - пробормотал он, и стал неспешно пробираться через толпу посетителей к выходу из бара.
Аватара пользователя
Песатель

 
Сообщения: 28
Зарегистрирован: 29 Сентябрь Понедельник, 2008 19:27

Глоток свободы. Нарком Петров.

Сообщение Песатель 05 Октябрь Воскресенье, 2008 14:06

Глоток свободы.

viewtopic.php?f=32&t=10434

Когда человек вошёл в трактир, Салим, как раз заканчивал перегрызать верёвки на руках. Он бы и не стал отвлекаться от этого дела, не будь поведение появившегося незнакомца, мягко говоря, непонятным. Тот стоял на свободном от столиков пятачке, неподалеку от стойки и широко расставив руки совершал ими какие то непонятные вращательные движения. Салим даже поначалу подумал, что тот колдует. Как оказалось всё было гораздо прозаичнее. Человек искал. Искал равновесие. И похоже что пока не находил.
Было незнакомцу на вид лет тридцать и были у него тонкие черты лица, хрупковатое сложение и каштановые волосы до плеч.
- П-п-почему тут всё туда-сюда. Эй, кто там. Куда вы, эт самое. Г-г-где тут пол?
Глаза присутствующей публики тут же обратились на вошедшего. Но тот видимо этого не замечал. Он широко расставил ноги и заорал:
- А-А-А!!!!! Если бы я-а-а-а! Был… Эй кем я … Где я…. – он попытался сфокусировать разъезжающиеся глаза на подошедшем трактирщике.
Кто-то громко заржал. Салим понял, вошедший не просто пьян. Он пьян в той наивысшей категории, когда само это слово уже теряет своё значение. Да и одет незнакомец был несколько «неправильно». Рубаха его была кое-как натянута на голый торс и застёгнута максимально перекошено. Коричневая куртка болталась на одной руке, второй же рукой человек периодически и безуспешно пытался найти другой рукав. Картину дополняли расстёгнутые штаны, болтающийся в районе пупка меч, и только один сапог. Левый. На правой ноге. Левая нога же была абсолютно босой.
В зале уже стоял откровенный хохот. Ржали все, даже те мрачные гады которые ещё пару часов назад так умело скрутили Салима. Человек между тем достал из ножен свой меч. Не сразу у него это получилось, но всё же меч он достал. Потом заорал:
- ЗАРУБЛЮ!!!!
И тут же зарубил стоявший рядом грубо сколоченный табурет. Меч застрял в крепком дереве, и человек, пыхтя, попытался его оттуда вызволить. Это привело к тому, что он лбом стукнулся о барную стойку, а правой рукой по инерции заехал прямо в ухо трактирщику который свалился куда-то под стол.
- Смотри ка, какой вояка. – гогоча произнёс один из тех типов которые пленили Слима – Слыш Боб, а может подерёшься с ним?
Из-за стола встал здоровенный детина, с лицом внушившим бы ужас даже похмельному троллю, и подошёл к пьяному. Широко оскалившись щербатым ртом, он произнёс:
- Да ты что, Глум, разве не видишь какой он страшный?
От хохота, казалось, затряслись стены. Пьяный прищурился и подошел поближе, пытаясь разглядеть громилу.
- Т-т-ты кто, з-з-злобный монстр?
- Ага – ещё шире оскалился мордоворот – А ну-ка ударь меня.
- Ударить? – казалось, человек удивился.
- Угу – Боб дурашливо выпятил подбородок, показывая на него пальцем – Вот прямо сюда.
- Гляди, Боб, осторожнее, а то, как двинет.
Это заявление вызвало новый взрыв хохота.
- Ударить – человек сжал кулак и, раскачиваясь, попытался прицелиться им в указанное место.
- Боб, ты лучше повернись – гоготали в зале - По твоей толстой заднице ему попасть удобнее будет.
- Уд-д-дарить. – снова пробормотал человек.
И ударил. Пробив стену трактира Боб улетел куда-то на улицу. Смех стих. Дальнейшее Салим не видел. Он снова вспомнил о своих связанных руках и быстро нырнул под стол. Но он слышал. Грохотало так, что казалось по трактиру носится кавалерийский полк, в полной боевой выкладке.
Иногда Салим выглядывал из своего укрытия, чтобы оценить обстановку. Увиденное его впечатлило. Вот незнакомец размахивает здоровенным дубовым столом, держа его за одну ножку. Вот кто-то висит, зацепившись сапогом за люстру. Вот тот же незнакомец, схватив за шиворот двоих здоровенных мужиков, пробивает их головами стойку бара. Ну и всё остальное в таком же духе.
Когда шум стих, Салим как раз справился с верёвками. Он осторожно высунулся из-под стола. Все лежали. Незнакомец стоял. На четвереньках. И ругаясь под нос, очень старался встать. Но похоже, что «палуба под ним слишком раскачивалась». Салим, разгребая ногами обломки мебели, подошёл к нему. Попытался помочь.
- Т-т-ты кто?
- Друг.
- Друг? – казалось, человека это обрадовало – Давай выпьем, друг?
- Выпьем. Только не здесь. Нам надо отсюда уходить.
- Куда?
- Туда.
- П-п-пошли.
Человек бодро зашагал к двери и врезался в стену на полметра правее от неё.
- Г-где дверь? – он озадаченно рассматривал стену.
Салим направил. Потом когда незнакомец вышел, Салим быстро обшарил карманы валявшихся людей и выскочил следом. Его спутник как раз седлал лошадь. Пытаясь почему-то прикрепить второе седло ей на голову.
Дальнейшие события Салим проделал в лихорадочной спешке. Отвязал пару лошадей. Перекинул своего спутника через круп одной из них. И вскочив в седло второй, понёсся прочь их городка, держа другую лошадь на поводу. И только когда они оказались в небольшой рощице за городом Салим вздохнул облегчённо. И оглянулся как там его неожиданный спутник. Тот безмятежно спал.

* * *

- Как дела?
- У-у-у-у !!!
- Понятно. Рассолу у меня нет.
- О-о-о-о !!!
- Там за деревом есть ручей. Холодный.
Ответом ему был топот и треск ломаемых кустов. Когда незнакомец вернулся, Салим, как раз достал припрятанное ещё несколько дней назад своё снаряжение. Этот тайник он сделал в лесу именно на такой случай и вчера, убегая из города, направился именно сюда.
Салим быстро надел свои белоснежные доспехи, и обернулся. Да уж. На него смотрело нечто, с выпученными, налитыми кровью глазами, всколоченными волосами и опухшей от дикого похмелья рожей.
- Ну что же, давай знакомиться. Рыцарь Салим Равернел, известный так же как Белый Рыцарь Дома Аиста – Салим слегка поклонился.
Ему не давала покоя одна мысль. Ему казалось, что он уже где-то видел этого человека. Но где, пока припомнить не получалось.
- Тиш-ш-ше – незнакомец поморщился – Не нужно так кричать.
Он со стоном провёл рукой по волосам.
- Башка трещит.
- Ну это бывает. Называется бодун.
- Тиш-ш-ше. Меня зовут Жан.
Теперь то Салим узнал. Он понял, где видел это лицо. На монетах. Он немедленно бухнулся на одно колено, ударил себя рукой в нагрудник и рявкнул:
- Ваше величество!!!!
- У-у-у-у !!!

* * *

- Сир, а королева Мелинда знает, что вы здесь? – осторожно поинтересовался Салим, когда они расположились у небольшого костерка.
- А сам-то как думаешь? – покосился на него Жан.
- Понятно.
Салим вкратце обрисовал королю, что произошло накануне, и на вопрос, что он делал в трактире со связанными руками, печально вздохнул. Потом начал рассказ:
- Понимаете, сир, я влюблён.
- Да ну?
- Да. Но моя любимая, это жена одного очень знатного и влиятельного человека.
- А скажи, сколько тебе лет, что ты уже заинтересовался чужими жёнами?
- Восемнадцать. Но я уверен, Розамунда не любит своего старого и мерзкого мужа. Она любит меня.
- Вот как. А кто муж?
- Барон Барклай.
- Ух ты. Я его знаю. Очень занятный человек.
- Мерзавец каких мало. Это его люди схватили меня и везли в его резиденцию, чтобы пыткой заставить отказаться от своей любви. Но по пути заехали промочить горло, а там оказались вы, сир.
- Ну так в чём проблема? Бери меч и шагай в эту резиденцию. Заруби барона, бери его жёнушку и беги за границу. Потому, что потом извини, но я буду вынужден тебя обезглавить. Закон, понимаешь ли.
- Я бы так и сделал, но у барона в охране служат Пять Лучших Мечников Востока. Слышали про таких?
- Слышал. Но не видел.
Жан немного подумал. Потом осторожно сказал:
- Слушай, рыцарь, а что если я тебе помогу? Не будешь против?
- Сир!!! – Салим вскочил и снова упал на одно колено – Вы сделаете меня счастливейшим человеком на земле. Прекрасная Розамунда…
- Ладно. Только ты же понимаешь, что я не могу выступать от своего имени.
- Но как же…
- Что-нибудь придумаем. Барон каждые два дня ездит в лечебные сауны, насколько я помню.
- Да. Этот мерзавец возит туда и свою жену. Мою Розамунду. Проклятый тиран заставляет её мыться почти каждый день. Вы можете себе это представить?
- Хм. Да уж. Ладно, план у нас будет такой. Когда барон поедет в баню, мы сидим в засаде и оцениваем его силы. Когда он будет возвращаться назад, я уж как-нибудь сымпровизирую.

* * *

- Однако.
Жан сказал это с уважением в голосе. И действительно, Пять Лучших Мечников Востока уважение внушали. Они гордо ехали вокруг кареты, в которой сидели барон с женой.
- А ты не в курсе, почему все эти мечники голышом разъезжают?
- Штаны на них есть.
- Это не штаны. Это шорты.
- Я слышал, что ни принципиально не носят одежду. Они уверены в своём мастерстве и надеются только на меч.
- А маслом они намазались тоже принципиально?
- Нет, это для красоты.
Мечники Востока и правда выглядели впечатляюще. На них были коротенькие кожаные шорты, а мускулистые тела их блестели от масла. Длинные свои волосы они подвязали красными лентами.
- Да уж. Выглядят зажигательно.
Когда кортеж скрылся за поворотом, Жан сказал:
- Слушай, я кое-что придумал. Ты сейчас жди здесь. Когда барон поедет назад, я одолею его охрану. Наши лошади находятся за углом. Так что хватай эту девицу, и скачите в порт. И чтобы я вас тут больше не видел.
- Сир, я так вам благодарен. Я…
- Ладно. Я пошёл.
Жан спрыгнул с крыши небольшого сарайчика, на котором они лежали, наблюдая за улицей, и быстро убежал куда-то. Ждать Салиму прошлось довольно долго. Наконец кортеж барона снова появился на улице. Ехали они не спеша, и поэтому когда неподалёку раздался сильный грохот остановились не сразу. Грохот повторился. Карета и сопровождающие её мечники стали.
Салим прислушался. К ним явно кто-то приближался. Странные лязгающие звуки становились всё громче и громче. А потом из-за поворота вышел НЕКТО. Он был одет в здоровенные черные доспехи, которые казалось были сделаны с таким расчётом чтобы как можно больше острых углов торчало наружу. Это дополняло то, что доспехи были усажены длинными шипами и все инкрустированы алыми изображениями скалящихся черепов. Голову рыцаря украшал огромный рогатый шлем, закрывающий всё лицо. В левой руке чёрный рыцарь держал кистень. Длинная его цепь заканчивалась шипастым шаром размером с бычью голову. В другой был двуручный меч, с лезвием длиннее роста человека. Страшный рыцарь шёл неспешной равномерной поступью, надвигаясь на баронский кортеж.
Мечники быстро спешились и выстроились перед каретой. Они выхватили свои мечи, и начали проделывать ими какие то странные движения и махи, после чего замерли в различных непонятных позах, растопырив руки и слегка согнув ноги. Рыцарь низко зарычал. Потом начал раскручивать над головой свой огромный шипастый шар. Шар засвистел. Мечники переглянулись. Рыцарь сделал шаг вперёд и ещё сильнее завертел шаром. Тот уже не свистел, он ревел. При этом рыцарь рычал и потрясал огромным мечом, зажатым в другой руке.
Мечники сделали короткий шажок назад. Рыцарь шаг вперёд. Мечники повернулись и побежали по улице. Очень быстро побежали. Из кареты выскочил пожилой мужчина с пышными седыми усами. Барон Барклай собственной персоной. Вытащив меч, он пошёл прямо на чёрного. Рыцарь повернул голову в сторону сарая, на котором лежал Салим, и тот понял, пора. Он слетел с крыши и в одно мгновение оказался у кареты. Там была она. Его Розамунда.
- Любовь моя!
- О, Салим!
Барон остановился и с неким удивлением на лице наблюдал за этой сценой. Салим подхватил девушку на руки и не глядя по сторонам бросился к лошадям. Очень скоро они неслись во весь опор по направлению к порту.

* * *

- Гарри, ну и глупая же у тебя физиономия – черный рыцарь стащил с головы шлем и шумно выдохнул.
- Ваше величество? – удивился барон Гарольд Барклай.
- Нет, Святой Аполинарий собственной персоной.
- Но почему?
Жан выругался и начал стягивать с себя чёрные шипастые латы.
- Гарри, кто неделю назад просил меня избавить тебя от твоей ненаглядной женушки? По твоим же словам набитой дуры.
- Да, но….
- Понимаешь, случай подвернулся. Этот влюблённый лопух был как нельзя кстати.
- Вот как? – Барклай понимающе усмехнулся – Ну что же, я благодарен. Куда они поехали?
- В порт. Сядут на корабль и поплывут в дальние края.
- Ну слава небесам – барон уже широко улыбался – Я думал эта пустоголовая кукла меня доконает. Парень не знает, с кем связался.
Жан пожал плечами:
- Это его дело. А охрана, Гарри, у тебя дрянь. Вместо этих лоснящихся стриптизёров лучше бы набрал нормальных гвардейцев.
- Да уж – барон сплюнул – Защитнички, мать их. А где ты эти доспехи откопал?
- У старого Глобо Оружейника. Он тут живет неподалёку. Эти латы, между прочим, принадлежали самому Шагромату, генералу демонов. Неудобные жуть. Неудивительно, что Шагромата убили. Но всё равно было весело.
- Я рада, что ты не скучаешь – голос раздавшийся из кареты заставил Жана вздрогнуть.
Оттуда вышла невысокая черноволосая женщина в зелёном платье. Глаза у неё немного отсвечивали красным.
- Мелинда? А ты тут откуда? – Жан оторопело смотрел на королеву.
- Я встретил её величество и её высочество в банях и пригласил обеих на чашку чая.
- Привет папа – из кареты выскочила рыжеволосая девочка лет шести в сером костюмчике. Она весело оббежала вокруг Жана и заметив валяющийся на земле здоровенный двуручник, тут же схватила его левой рукой, и принялась махать над головой.
- Бренда, немедленно прекрати, ты поранишься – строго сказала королева.
- Похоже её величество разыскивала вас, сир – прошептал барон, приблизившись к Жану вплотную.
Жан понуро опустил голову. Мелинда бросила на него грозный взгляд и обратилась к барону:
- Думаю, барон, мы нанесём вам визит всей семьёй, если вы не против. Если конечно наш король уже закончил заниматься всякими глупостями, которые он так любит.
- Для меня это честь, ваше величество – куртуазно поклонился барон – К тому же, как вы могли заметить, моя жена только что сбежала с другим, и мне нужно развеять грусть. Ужасную, нужно сказать, грусть.
- Выпьем – оживился Жан.
- Да уж – нахмурилась королева.
Потом широко улыбнулась барону, демонстрируя длинные тонкие клыки.
- А почему бы и в самом деле не выпить? Бренда, немедленно прекрати вертеть этот кистень и быстро в карету. Мы едем в гости….
Последний раз редактировалось Песатель 05 Октябрь Воскресенье, 2008 14:22, всего редактировалось 1 раз.
Аватара пользователя
Песатель

 
Сообщения: 28
Зарегистрирован: 29 Сентябрь Понедельник, 2008 19:27

Набросок портрета. Любитель помалевать )).

Сообщение Песатель 05 Октябрь Воскресенье, 2008 14:20

Набросок портрета.
Продолжение Триптих "Сад земных наслаждений". Босх. Достаточно вольное продолжение, но вместе с тем находящееся под значительным влиянием от "родительского" повествования )))
viewtopic.php?p=930571#930571
Ароматная, шелестящая, цветущая, просторная степь примыкающая к обычному, индустриальному городу, точнее к его кладбищу. Кладбищу отодвигающему границы степи. Небо в редких но темных облаках. Последняя обитель Виктим то освещена, то темна. Виктим умерла лишь год назад но граница степи и кладбища уже значительно отстоит от ее могилы. Каждый день сюда приходит Гардор, но не обращает на это жуткое движение внимания.
Гардор стоит и наблюдает свою сильно чарующую память и ее не покой. Покой это будет когда придет время ее биологической смерти, когда настанет пора около ее 60 летия. К тому моменту когда бы она испытала всю молодость и начало старости. Но сейчас она все еще под действием палача как жертва жестокости, злости Боро, возможно глупости и точно равнодушия Гардора. А до тех пор она все еще жертва в мертвой тревоге. Тревога которая может быть и существует лишь в сердце Гардора. Но ведь там и находится Виктим.
- Я помню как ты купила суп «алфавит». Там вермишель в виде букв. Там были не все буквы. Ты купила несколько пачек, выбрала от туда буквы «л», «ю», «б». Это большой и странный труд. В тот вечер ты настояла на том что мы будем есть суп. Ты была так рада. В нем плавали слова «юблл», «лббюбл», «юлюл»… и «люблю». Самый вкусный суп в моей жизни.
Лишь через сорок лет она бы уже могла умереть не как жертва. Лет в 60 хоть и это не много. Ведь не будь она жертвой злобы Боро то она сейчас могла еще бушевать молодостью, любить кого то, радоваться жизни с друзьями, потом растить детей… в конце концов нянчить внуков и умереть тихо, естественно, от природы.
Так думал Гардор сам еле отдавая отчетность своим мыслям.
- Я помню когда был студеном нас с физкультуры повели на спектакль. Для числа, на спектакль какой то студенческой самодеятельности. Какого-то литературного курса, в университете с техническим уклоном. Там играла одна девушка. Она мне понравилась, весь спектакль я смотрел только на нее, на ее игру, пытался понять ее, быть внимательным. Я нервничал. Она меня заметила. Возможно раньше у нее было такого внимательного зрителя. Люди которых приводят на спектакль для числа, по принуждению, обычно не очень внимательны. Она иногда переводила взгляд на меня и быстро улыбалась, иногда кивала. Роль у нее была драматическая. Сосед сказал что она все время смотрит на меня и наверно я ей понравился. Я заворожено сказал «да» чтоб отделаться. Глупости- это она мне понравилась и я на нее смотрел. Я был внимательнее всех. В конце спектакля она мне поклонилась отдельно. Быстро и опять же с улыбкой.
Также на моих парах и ты смотрела на меня Виктим !!! И ты была внимательна !!! Ты знала о чем я говорил в прошлый раз, следила за моей речью на паре и могла отвечать на вопросы. Твои глаза были не скучны как будто диалектика это интересно в твои годы, ты часто улыбалась как будто тебя радовало то что количество переходит в качество…
Гардор думал что если б он не обрезал ей тогда крылья то сейчас она бы сильно любила его, дети которых она растила могли бы быть его детьми. Они были бы красивы ведь она была красива, а о уме, о уме их детей, он бы позаботился.
А так она сейчас разлагаясь лежит в могиле и Гардор чувствует боль. И он знает что на эту могилу он никогда не посмотрит с покоем в душе. Только через сорок лет такое возможно, но так долго он не проживет. Для человека даже 40 лет могут быть сопряжены с никогда.
- Я помню про близость.
Потом лежа на моей груди, в моих объятиях, ты сказала что когда то видела фильм, там девушка наркоманка говорила своему парню что дурман лучше тысячи мужчин. Ты мне сказала что я лучше наркотиков. У меня тогда сжалось сердце и я увидел новый смысл в том что мои руки обхватили тебя. Я не только обнимал тебя, я тебя схватил. Пришла твоя смерть, а я схватил и не отдавал тебя ей.
И тут он заметил цветок. Вновь заметил цветок. Гардор приходил сюда каждый день и каждый день видел как рос этот цветок. Он не стал его рвать. Он не знает этого но ему было бы интересно- цветок пробился прям над том местом где лежит ее сердце…
Он подумал что Виктим не цветок- она лист. Листы по осенили падают с дерев и становятся землей. Цветы падая могут следующей весной стать вновь цветами. Виктим не станет следующей весной вновь живой…
Возможно этот цветок будет каждую осень увядать и каждую весну пробиваться из под земли и цвести вновь. Возможно это будет продолжаться лишь до тех пор пока Гардор приходит сюда. Возможно этот цветок ему.
- Я помню ты мне рассказала о том что часто мать чувствует смерть своего ребенка на расстоянии. Я заметил что иногда когда я был сзади тебя, я смотрел на тебя, а ты например с кем то говорила и вдруг прекращала разговор, с возбуждением на лице оборачивалась точно ко мне и улыбалась. Мне кажется ты любила не мою внешность. Ты любила то на что ты оборачивалась, что ты чувствовала не глазами.
- Что мне делать… у меня осталась только работа. Быть может там я найду лучше чем Витим ???
Он хватает воздух, зжимает кулаки. Сжимает и разжимает. Темп увеличивается и затихает… Наблюдатель тихо шепчет
- Что мне делать…
Кулаки резко сжимаются, очень быстро белеют, они как будто что то схватили. Они схватили свою душу, они схватили надежду, они схватили главное.
- Я ЗНАЮ !!! Надо прожить так чтоб заслужить встречу с ней. Чтоб быть достойным большой награды !!! Перехватывающей дыхание и замирающей сердце награды !!! Умопомрачительной награды !!! Виктим !!! Быть достойным Виктим !!!
Наблюдая свою душу тяжело оставаться просто наблюдателем по отношению к остальному миру. Потому, что он дорог. Потому что если полюбишь одного человека то этой любви хватит на реки, воздух, на близких и прохожих, на будущее и прошлое (с)...
Аватара пользователя
Песатель

 
Сообщения: 28
Зарегистрирован: 29 Сентябрь Понедельник, 2008 19:27

Зритель с галерки. Воздаяние.

Сообщение Песатель 05 Октябрь Воскресенье, 2008 23:07

ВОЗДАЯНИЕ

И какою мерою мерите,
такою и вам будут мерить
(Матф.7:2)

Fallen angel waiting for the prey
The devil has come to take a maimed away
Penetration of the twisted mind
The evil is out for the weak and blind
I can feel it in your voice
Ever so sweet – No
Do I really have a choice? No, no, no!
(Падший ангел ждет молитвы
Дьявол пришел калек забрать из битвы
Ущербный разум видит все
Слепым и слабым послужит зло
Я слышу это в голосе твоем
Извечно столь приятном - нет
Отяжелен ли я выбором? Нет, нет, нет!)

Avantasia «The Scarecrow»

Николас отложил книгу и выглянул в окно. Зарево заходящего солнца высвечивало темные тяжелые грозовые тучи на горизонте. Одиноко вспыхнула молния, время спустя, послышалось далекое утробное рокотание грома. Николас затворил окно, запер его на щеколду и вернулся к чтению.
Дурное предчувствие не отпускало его весь день, не радовали на забавы брата, ни шутки сестры, ни любимое блюдо на обед. Марианна постучала в дверь и позвала ужинать. Ник отложил книгу, оставив ее раскрытой, и положил сверху карандаш, которым до этого делал пометки на страницах и еще раз выглянул в окно на веские багровые клубы, медленно наплывавшие от горизонта.
Когда Николас спустился, вся семья уже была в сборе. Ужин предполагал быть необычайно торжественным, как в последний раз, на помолвку Эльзы – старшей сестры Николаса, но и заурядным его назвать тоже было трудно. Парадно одетые Эльза и Йозеф что-то тихо обсуждали, не спуская с губ легкой усмешки, их тихий разговор время от времени перемежался тихими смешками и перемигиваниями, маленькие Орф и Анжелика носились вокруг стола, никак не желая угомониться; дядя Патрик задумчиво курил в углу, мать лукаво улыбалась и только отец выглядел совершенно безмятежно. И Николас никак не мог взять в толк причину сегодняшнего оживления, пока все не были созваны к столу, дети оставили забавы, и начался неспешный ужин, во время которого не прекращались перешептывания, закрадывались подозрения, что сегодняшняя новость будет новостью только для Николаса.
Собственно, так и случилось, в завершение праздничного ужина, отец поднялся и, приподняв бокал вина, в присутствии всей семьи, и прислуги, стоявшей в стороне от стола, и с улыбками наблюдающей за речью своего работодателя, и изумлением, и радостью «молодого господина».
- Мы посовещались, и я решил, - после небольшого предисловия сказал отец. – Что ты, Николас, как неоднократно просил, сможешь продолжить свое обучение, продолжить в Сорбонском университете, и хотя я мечтал о вашей с Йозефом военной карьере, я не пойду против твоей воли. И если ты предпочитаешь книги эполетам, пусть так оно и будет, тем более что в наш цивилизованный век умение разить словом и пером не менее важно, чем владение шпагой.
Николасу трудно было дослушать речь отца, его слова едва пробивались через пелену мысли: «Я еду учиться!» - в миг развеявшей все дурные предчувствия.
-… В общем, это все что я хотел сказать, - закончил свою речь отец и следующие пол часа Ник потратил на получение поздравлений.
Йозеф с улыбкой крепко пожал Николасу руку, хлопнул по плечу и пожелал удачи, обозвав «книжным червем», Эльза чмокнула в щеку и поздравила, двенадцатилетний Орф и Анжелика четырнадцати лет отделались общими словами и большей частью создавали непринужденную атмосферу, вновь начав свои активные игры. Дядя Патрик произнес воодушевляющую речь в отцовском стиле.
Карл, Марианна, Альфонсо и другая прислуга так же поздравляли «молодого господина» пользовавшегося у них доброй славой за легкий нрав и уважительное отношение. Николас заметил отсутствие Якова. Тот довольно давно служил у их семьи и был практически ее членом, на хорошем счету, как у отца, так и лично у Николаса. Карл сказал, что у того заболел сын и Патрик отпустил его до выздоровления, снабдив некоторой суммой на лечение.
В зале царила легкая и радостная атмосфера, живительными лучами выжигая снедавшее весь день Николаса беспокойство, пока двери не распахнулись, и в помещение не ворвался расхристанный и запыхавшийся Арнольд– отцовский лакей. И не успев перевести дыхание, он начал выплевывать слова:
- Деревня... разбойники… Сард Кровавый! Бежать! Режут…
Даже из этих обрывочных фраз становилось понятно, что происходит в деревне, и кто в нее пришел. А так же куда они направятся дальше… Через пару минут к особняку стали подтягиваться те кто успел уйти до налета, таща нехитрый скарб, а кто и вовсе без оного, женщины с детьми, перепуганные крестьяне, все они толпились у ворот, в надежде укрыться внутри, и отец приказал их впустить.
Каждый мужчина получал оружие, а женщины и дети – укрытие, запирались ставни, баррикадировались двери и окна. Не приученный к войне крестьяне и слуги сжимали в дрожащих руках арбалеты, шпаги, старые мечи и копья, иной тащил вилы, женщины прятали под подолами ножи. Николас зашел в свою комнату и взял перевязь с шпагой – подарок отца и вернулся ко всем. Йохан, Патрик и отец уже были при всеоружии, Орф и Анжелика жались к матери, все еще пытающейся сохранить спокойствие, перепуганная, рядом сидела Эльза. Дом был наполнен детским плачем и женскими причитаниями.
- Нас обойдут, - успокоил дрожащих от страха женщин дядя Патрик. – В доме полно оружия, мы хорошо укреплены и нас много. Разбойники ограничатся деревней.
- Сомневаюсь, ой сомневаюсь, - тихо произнес Йохан, знакомый с репутацией Сарда.
И вот внимательные глаза, с ужасом всматривающиеся в темноту, различили движение среди деревьев, заметили отблески света на металле, чуткие уши выжидающе насторожились, ожидая треска, шума, крика, а повисла угнетающая напряженная тишина изредка разбавляемая тихими детскими всхлипами. Никто не призывал сдаться, не обещал пощады взамен выкупа…
- Если что-то произойдет, уходите через лаз, - сквозь зубы прошептал отец.
И в ответ на его слова в подвале раздался шум, на улице послышались вопли, раздался топот ног, просвистела стрела и уже, вскрикнув от боли, на пол повалился один из лакеев, другие защитники спрятались за стены или отпрянули от окон.
Раздался ответный разрозненный арбалетный залп защитников имения. Крестьяне и прислуга дрожащими руками пытались перезарядить оружие. Йохан помогал одному, отец другому. Визжали дети, одни женщины пытались их успокоить, другие сами бились в истерике. Кто-то пытался помочь раненым, столь неосторожно схватившим стрелы, пролетевшие в окна.
Дядя Патрик, услышав шум, распахнул дверь подвала и тут же схлопотал в грудь арбалетный болт. Еще не до конца веря в случившееся, он уставился на деревянный прут, торчащий из груди и повалился на колени. Однако первый из нападавших, пробравшихся через лаз, слишком рано списал его со счетов и получил добрый кусок стали в брюхо.
Карл и Альфонсо бросились на защиту раненого господина, пытаясь отогнать от теряющего кровь и силы Патрика, все набегавших из подвала разбойников. И вот уже один слуга упал с проломленным дубиной черепом, другой отчаянно отмахивался от наседавших на него убийц старым тяжелым мечом не обращая на рассекающееся по рукаву пятно крови. Йохан подскочил ему на помощь, но для Патрика было поздно, он отбыл в чертоги вечности.
Отец схлестнулся с несколькими нападающими, женщины забились по углам, а, кто поумнее, вслед за матерью, Эльзой и Анжеликой рванули наверх. В окна с трудом сдерживаемые перепуганными крестьянами и прислугой уже совались бандитские рожи, вот один уже запрыгнул сквозь не перекрытое никем окно.
Николас ткнул шпагой ближайшего к нему нападающего, тот отбил его выпад в сторону и ответным ударом едва не проломил парню череп. Тот отклонился, на споткнувшись упал. Следующий удар Николас едва успел отбить подвернувшимся под руку стулом и изо всех сил с пола полоснул наседавшего на него противника шпагой по ноге. Тот взвыл и повалился на пол, не до конца осознавая что он делает, парень приложил упавшего бандита по голове все тем же стулом. Супостат затих.
И в этот момент Николас сам полетел в сторону от чьего то сильного пинка. Уже не рассчитывая на спасенье, парень поднял глаза и не увидел своего обидчика, тому уже пришлось схлестнуться с каким-то дородным крестьянином, лихо орудовавшим обломком лавки, заменявшим ему дубину.
Бойня в доме превратилась в кровавую беспорядочную свалку. Кто-то сражается один на один, кто-то с двумя или тремя, кто-то катается по полу, пытаясь удержать свои внутренности внутри рассеченного живота, кто-то тихо причитает в углу, а кто-то вообще молча лежит. Оборона еще кое-как держалась, но сражение уже было проиграно, разбойники все набегали и набегали прибывая через лаз в подвале, оттеснили защитников от окон и дверей. В ход шли шпаги, мечи, ножи, дубины, любая мебель: от вешалок до тумб, этажерок и кресел. Кровь заливала пол.
Николас наотмашь ударил одного бандита шпагой по лицу и увидел, как словно свора диких псов группа злодеев налетела на Йохана и бросился брату на подмогу. Полоснул по спине одного и тут же получил удар дубиной по плечу, и отлетел назад, упал, попытался встать, поскользнулся на крови и рухнул на пол, понимая что не успевает закрыться от следующего удара.
Николаса спас отец, бесцеремонно зарубив нападающего, вздернул сына на ноги и толкнул в сторону лестницы.
- Защити мать и сестер. Ты знаешь, где запереться.
- Но отец, я нужен здесь!
- Быстро, я сказал! - с патриархом в семье не спорили.
Николас уже не видел как бешеная свора забила насмерть ногами его брата, как пал его отец один, словно волк отбиваясь от бешеных псов, как зарублен был дородный крестьянин, героически орудовавший обломком лавки, как был добит раненый в руку Альфонсо. Как стащен и растерзан был отцовский лакей Арнольд, метко выцеливавший бандюг арбалетными болтами с верхушки лестницы, не слышал, как кричали женщины и не лицезрел, как были попраны тела.
Собрав всех, до кого успел добраться, вместе с сестрами, младшим братом, матерью и небольшой группой женщин и детей он заперся в потайной комнате, небольшой кладовой для ценных вещей.
Тихо всхлипывали дети, матери зажимали им рты и шептали успокаивающе слова. С пустыми глаза сидела в углу мать, прижимая к себе испуганных Орфа и Анжелику, рядом дрожала Эльза.
Звуки боя за стеной стихли. Николас до боли сжал кулаки.
Всхлипы, дыхание и даже стук сердца казались ему слишком громкими. Слышался топот ног, громкое переругивание, треск мебели, чьи-то отчаянные крики, женские вопли и стоны.
Послышался властный голос. Стук чьих-то сапог остановился у самой стены. Раздался спешный топот взбегающего по лестнице человека, звук шагов приблизился, неизвестный постучал по стене и молодой голос произнес:
- Там, ломайте.
Ударили топоры. Николас вздрогнул.
В гробовой тишине стучал топор. Из пролома упал луч света. Перепуганные женщины сгрудились в дальнем углу. Пролом быстро расширили, подцепив и сорвав ближайшие доски.
- Я же говорил, здесь, - повторил тот же молодой голос и его обладатель первым рванул в проход и напоролся на шпагу Николаса.
- Дурак, - вновь раздался властный голос. – Быстро внутрь.
Скоро один за другим в пролом протиснулось двое громил, легко отшвырнув пытавшихся помочь Николасу женщин. Парень вновь ударил шпагой, разрезал кожу на руке одному и засадил лезвие в плечо другому, однако и сам упал после удара дубиной по ключице. Плечо пронзила дикая боль, и оно подтянулось ближе к шее. Кость была сломана.
- Вот и все, - сказал обладатель сильного, властного голоса, переступая через стонущее тело первого человека рванувшего в проход, все еще корчащегося на полу и прижимающего руки к животу. – Гвидон, жить будешь?
- Да ответил здоровяк, раненый в грудь и сплюнул кровавую слюну. - Гаденыш.
С этими славами он положил шпагу Николаса на пол и, наступив сверху сапогом, напряг мышцы и сломал лезвие.
- Зря, - сказал вошедший человек, он был высок и атлетичен, длинные черные вьющиеся волосы обрамляли красивое лицо, украшенное кроткой эспаньолкой, одет он был аккуратно в дорогой кожаный камзол поверх белоснежной рубахи, кожаные же штаны, заправленные в высокие сапоги. Но поясе висела явно дорогая шпага и не менее дорогой кинжал в инкрустированных серебром ножнах. – Она стоила неплохих денег. Поднимите его.
Незнакомец оглядел комнату.
- Молодец, Гастон. Парень, жить хочешь? – задал он вопрос Николасу, которого поставил на ноги второй громила. – Тогда мы сыграем с тобой в одну простую игру. Здесь так много людей, а мне, знаешь ли, нужно поддерживать репутацию. Сам я человек не жестокий и от насилия удовольствия не получаю, поэтому предоставляю выбор того, кто умрет следующим, тебе. Как только я сочту, что жертв на сегодня достаточно я отпущу всех оставшихся, вместе с тобой. Честное слово.
На красивых губах заиграла улыбка. Гвидон тоже раззявил щербатый рот в злорадной ухмылке. Николас поник и, секунду спустя, дернулся вперед, вырываясь из рук громилы, рванул к главарю бандитов известному как Сард Кровавый, левой, не травмированной рукой схватил кинжал за его поясом и сразу, вырывая его, ударил по дуге, в горло, черкнув по пути левое запястье Сарда. То едва успел отклониться так, что кинжал лишь слегка оцарапал горло. Ответный удар отбросил Николаса к стене.
- Щенок, ты пожалеешь, - взревел он и впечатал сапог в раненое плечо, ударил по голове, еще и еще…
Поднял выпавший из рук парня кинжал и пришпилил его руку им же к деревянному полу.
- Так понравился? Оставь себе, – левая кисть Сарда истекала кровью и не шевелилась, видимо, ударом Николас перерезал сухожилие. – Идиот!
Последний крик был обращен к не удержавшему Николаса громиле. С этими словами Сард молниеносно выхватил шпагу и быстрым ударом перерубил горло подвернувшейся под клинок женщине. Хрипя и истекая кровью, та повалился на пол.
- Захотел по плохому?
Кровавый проткнул лежащего Николаса, у того не оставалось даже сил закричать, лезвие шпаги прошлось по рукам и ногам не оставляя парню ни единого шанса подняться.
- Смори-ка, ты еще живой? – бушевал раненый главарь. – Тогда ты сейчас посмотришь, как я развлекусь с твоей родней!!!
Николас желал умереть, только что бы не видеть того, что произошло дальше, но дама с косой сейчас не торопилась.
Мать Николаса выхватила кинжал, что бы преждевременно прервать жизнь свою и детей, спастись от боли, насилия и унижения, но подскочивший Гвидон сильным ударом вышиб из ее рук оружие. Боль затуманивала взгляд пришпиленного к полу, искалеченного Николаса, но он видел и слышал все, что происходило дальше: как Сард позвал злую хохочущую от выпавшего на их долю «веселья» толпу грязных разбойников, как не дрогнувшей рукой перерезал горло маленькому Орфу. Как под пятым насильником скончалась Анжелика. Как избивали и насиловали его мать и сестру. Что творили с женщинами и детьми, искавшими укрытия в их доме.
- Так же нельзя, мы не звери, - Николас не видел говорившего, но голос слышал отчетливо, как и удар от подскочившего Сарда Кровавого.
- Ты что такой серьезный, Риман?! – зло рявкнул главарь. – Развлекись, расслабься!
- Хорошо, - негромко, но решительно прозвучал голос. – Тогда я заберу себе вон ту девочку.
- Бери, - безразлично ответил Сард.
- Но я еще не закончил, - взревел громила, навалившийся на Эльзу.
- Я сказал, пускай берет!!! – взревел Сард.
- Ну что, вперед, - осклабился Гвидон.
- Я поищу укромное место, - ответил Риман, подошел и, схватив за руку, дернул на себя замученную едва живую Эльзу.
- Стеснительный какой, - пошутил что-то, вновь раздался звук удара.
Кровавая пелена застилала глаза Николаса, веки слипались. Только боль, отчаяние и злость не давали ему окончательно упасть в объятия Смерти.
- Заканчивайте здесь! – в конце-концов рявкнул Сард. – Ты еще дышишь, мой друг?
Он наклонился над Николасом.
- Ты искалечил мне руку, кажется мы квиты. Отдыхай.
Грабители оставили дом, забрав своих раненых и оставив трупы и полы, покрытые кровью. Николас уже не чуял запаха дыма, не ощущал хода времени, не нашел сил вскрикнуть когда языки пламени лизнули его плоть. Когда рухнула крыша, он мог бы принять Смерть с облегчением, если бы понял, что она пришла.

Одинокий паломник шел по дороге. Чистая сутана, неплохой дорожный плащ, не запыленные сапоги, к которым будто бы отказывалась приставать грязь, выдавали в нем не самого простого пилигрима. Почти не опираясь на длинный дорожный посох, он равномерно и быстро шел по старой дороге, лежавшей в стороне от главного тракта, держа путь в город. Да мимо него и сложно было бы пройти, как говорят, все дороги ведут в Рим.
- Не двигайся, - раздался сзади тихий, угрожающий голос и в спину путнику уткнулось отточенное лезвие.
Через пару минут на дорогу вышел крупный вооруженный отряд, часть которого составляли верховые.
- Кто таков? – зычным властным голосом спросил один из всадников.
- Я Марк - простой паломник..
- Что делать с ним будем, Сард? – спросил человек, стоявший за спиной у Марка.
- Не тронем святого человека, - подумав, ответил тот. – Может он нам грехи отпустит.
Отряд дружно хохотнул.
- Если вы раскаетесь, - серьезно ответил паломник.
- Либо он о нас не слышал, либо он полный дурак, - раздалось из толпы.
- Кто не слышал о Сарде Кровавом, - негромко, но решительно произнес странник.
Главарь шайки нахмурился.
- Моя вера защитит меня, - все так же спокойно произнес Марк.
- Что же, иди с миром, - ответил ему Сард. – Только не за нами. А то вере придется помериться со сталью.
И только когда они ушли, Марк увидел дым, поднимавшийся к небу вдалеке.
Развалины и пепелище. Все что Марк нашел, это были развалины и пепелище. Сожженная усадьба, разграбленная деревня, оставленная мародерами, в которую со страхом и опасением возвращались те единицы, что избежали своей участи. Но его поиск не ждал и, помолившись за души усопших, Марк продолжил свой путь в город.
Странник шел по городской брусчатке солнце, раздвинув тучи, светило ясно, но на лицо молодого человека набежала тень. В одно мгновение Марку стало ясно, что следует вернуться, что даже его поиск способен подождать… Ощущение инаковости, неясное предчувствие чего-то грядущего. И подчиняясь ведущей его силе провидения, Марк вернулся к пепелищу два дня спустя.
Погода изменилось. Дни назад громыхавший вдали гром пришел лично и принес с собой молнии и воду. Лили дожди. Земля размокла. Отяжелевшая трава гнулась к земле под тяжелой бомбардировкой капель. Молодой священник стоял у пепелища сожженного и разрушенного имения. Невдалеке, под сенью дерева, сейчас, в середине последнего месяца лета стоявшего с пожелтевшей листвой было пять могил с деревянными неумело сколоченными крестами из обгоревшей древесины, побывавшей в пожаре.
Марк подошел к могилам, подошел к каждой, читая криво выцарапанные имена. Рональд Орон, Мария Орон, Патрик Орон, Орф Орон, Анжелика Орон. И еще одна вырытая яма соседствовала с ними, ожидая своего постояльца, пустая, рядом с ней лежал крест с именем Николаса Орона. Странник поднял глаза и увидел дальше еще одну большую безымянную могилу, смиренно опустился на колени в грязь и прочитал молитву.
Трава вокруг свежего захоронения была мертвой, несмотря на обильные дожди. Дорожка из выжженной травы тянулась от пепелища до могил и дальше. Марк последовал по ней. Время спустя он вышел к одинокому дому с неплохим хозяйством, стоящему на отшибе деревни. Следуя тропе, путник дошел до дверей и собрался постучать, когда от первого же его прикосновения дверь открылась.
Возможно, кто-либо другой брезгливо отшатнулся бы при виде трупа, но Марк вошел в дом и осмотрелся. Молодой парень лежал в кровати, в животе его была колотая рана, но не она послужила причиной смерти. У него было перерезано горло. Через несколько минут, несмотря на то, что выжженная тропа туда не вела, Марк зашел в сарай и нашел другой труп. Если первый был молодым человеком и был убит, лежа в постели, второй – мужчина на склоне лет висел в петле.
Марк нашел лопату и похоронил оба тела, прочитав отходную молитву погребенным, и пошел дальше по тропе, следуя мертвому следу.

Тьма, боль и ярость. Таким Николас увидел свое забвение. Полное бессилие перед судьбой. Один сожалеющий разум в пустоте, вне пространства, вне времени. Сперва, Николас подумал, что говорит сам с собой, настолько голос отражал его мысли и чувства.
- Это несправедливо.
- Да, это несправедливо.
- Такие твари не должны жить.
- Да, не должны.
- Почему всесильный Бог бездеятелен, кто-то должен отомстить.
- Должен, но не отомстить, справедливо воздать за их поступки!
- Должен! Ты хочешь?
- Нет, но кто-то должен.
- Должен.
- Ты сможешь?!
- Смогу!
- Тогда я позволю, но не просто так.
- Какова не была бы плата: душа, сожаление, боль, служение, я готов платить!
- Да будет так!!!
И Николас открыл глаза. Или то, что было у него вместо глаз. Поднял свое искореженное тело и вынес его из развалин. Шел дождь.
Полуобгоревший искалеченный труп стоял и смотрел в небо. Черный, темнее ночи, дух Николаса, словно плащ вился вокруг мертвого его тела, укладывая призрачные свои складки, создавая иллюзию живого существа, воссоздавая иллюзорную плоть, обтягивая торчащие кости плотью и кожей, удерживая переломанные кости… Николас знал, что на дневном свету это истает, но ночью, если не присматриваться, если не лезть на свет, он может сойти за человека.
Орон вырвал засевший в руке кинжал, некогда пригвоздивший его руку к полу, от оружия осталось лишь лезвие да хвостовик, все остальное обгорело, поднял и чью-то кость, и силой своей ярости вплавил в нее хвостовик кинжала, воссоздавая оружие с костью на рукояти. Оживший провел по кости ладонью и все лишнее осыпалось трухой, оставив гладкую удобную рукоять.
- Ты тоже отомстишь, - сказал он кости, держа кинжал за клинок.
Подобрал Николас и обломки своей шпаги…
Орон испытывал сильнейший голод, но терпел, терпел пока рыл могилы, пока доставал трупы, пока хоронил близких и тех людей, которые стояли с ним до конца.
Терпел и дальше. А потом пошел. Что бы осуществить суд.
Рядом каркнул ворон, садясь на перекладину могильного креста, Николас подобрал кусок грязи и метнул в настырную птицу. Ворон вспорхнул и больше не возвращался.
В дом Марк вошел без стука, без труда открыв запертую дверь.
- Кто это?! – Яков поднял тяжелый, замутненный взгляд.
- Это я, - тихо прошелестел голос Николаса.
- Молодой господин! – Яков вскочил со стула у постели, на которой покоился его раненый сын. – Мне сказали, что никто не выжил!
- Никто и не выжил, - ответил Орон, приближаясь к постели, с раненым человеком и занес руку, на которой призрачная ткань в мгновение ока создала острые как бритва, длинные, слегка светящиеся красным на концах когти.
- Что вы делаете, молодой господин, он же пытался вас защитить! – вскричал Яков, закрывая собой сына.
- Защитить?! – не понимая, гневно и зло переспросил Николас.
- Я уехал для него за лекарствами в город, у сына начиналась лихорадка, - сам лихорадочно затараторил Яков. – И когда пришли разбойники, сын, не смотря на болезнь, вместе со всеми защищал усадьбу и был ранен…
- Значит так, так… - прошептал Николас, вся его злость разом куда-то делась. – Они вошли через тайный лаз в подвале… У нас не было шансов, нас предали. И потом, потом, когда мы спрятались в тайной комнате… Яков, твой сын выдал нас. Он выдал нас! Он привел врагов в наш дом… Та рана в животе, ее нанес я.
- Этого не может быть!!! – взревел Яков. – Вранье! Падаль, прогнивший дух лжи, убирайся!!!
Николас молча склонился над сыном Якова и, подцепив когтем цепочку на шее парня, вытянул у того из-за пазухи тяжелый серебряный фамильный крест, висевший ранее на шее отца Николаса, показал его Якову и сорвал, взяв серебряное распятие в кулак. Николас не знал, жгло ли его чужеродную жизни плоть серебро или символ, но из кулака повалил дым. Несмотря на боль, креста оживший не выпускал.
- Я ухожу, - сказал он Якову и вышел.
Уже на улице он повесил крест на шею, металл оставил на руке и груди ожег, и слился с ночными тенями.

Марк шел дальше по мертвому следу, все ближе приближаясь к преследуемому существу, которое уходило все глубже в лес, протянувшийся почти что до городских стен.
Ночь была на удивление тиха ни зверь, ни птица не тревожили ее мрак своими криками, только шелестение дождя, не способного смыть мертвый след… Но рассвет был близок. Марк дошел до каменистой прогалины и увидел дальше крупный навал камней с то ли низкой пещерой, то ли еще каким лазом среди них. Камень не оставлял следов, но в воздухе явственно слышалось шевеление умертвия.
Священник еще не успел произнести: «Выходи,» - когда, подчиняясь внутреннему чутью, из пещеры вышел зверь, что некогда был человеком. Не живой и не мертвый, упырь, вурдалак…
- Exorcizamus te, omnis immundus spiritus, omnis satanica potestas, omnis incursio infernalis adversarii, omnis legio, omnis congregatio et secta diabolica, in nomine et virtute Domini Nostri Jesu + Christi, eradicare et effugare a Dei Ecclesia (изгоняем тебя, дух всякой нечистоты, всякая сила сатанинская, всякий посягатель адский враждебный, всякий легион, всякое собрание и секта диавольская, именем и добродетелью Господа нашего Иисуса + Христа, искоренись и беги от Церкви Божией), - безо всяких предисловий произнес Марк первые слова обряда экзорцизма, протягивая руку в направлении Николаса.
- Нечистого изгонять собрались, святой отец? – спокойно спросил тот. – Кажется, на меня немного не действует? Полагаю, уж после первых слов одержимый должен был бы кататься по полу?
- Тебе не место здесь, Николас Орон, дух, оставь тело этого человека. Всему свое время, и время всякой вещи под небом: время рождаться и время умирать. Пришло и твое...
Николас издал смешок.
- Воздаяние делающему вменяется не по милости, но по долгу. Рим.4:4.
- Смотрю, демон сведущ в священном писании, - ответил Марк. – И в чем же твой долг, Николас?
- Я же сказал, воздаяние, - при этих словах Николас невольно выпустил когти.
- Смотрю, стандартный обряд здесь не действует, - устало проговорил Марк.
- Anima Christi, sanctifica me.
Corpus Christi, salve me.
Sanguis Christi, inebria me.
Aqua lateris Christi, lava me.
Passio Christi. conforta me.
(Душа Христа, освяти меня.
Тело Христа, спаси меня.
Кровь Христа, опьяни меня.
Вода Христова, омой меня.
Страсти Христовы, укрепите меня…), - произнес священник громко и торжественно и простер руку в сторону Николаса.
Того отшвырнуло назад, вздев в воздух. Оживший упал и покатился. В этот момент пробились первые солнечные лучи, раздвинув тучи лившего всю ночь дождя, и обжигая его призрачную плоть. Николас вскочил и побежал под сень деревьев.
За ним широким быстрым шагом последовал Марк, надеясь настигнуть создание ночи при дневном свете. Быстро и уверенно шел Марк по сумрачному рассветному лесу, влекомый своей верой, будто наперед зная, куда ушел Николас. И вот деревья расступились и впереди показались серые городские стены. Неяркий утренний свет рождающегося дня осветил проплешину между лесом и городской стеной. Николас должен был быть здесь и, тем не менее, его не было. Не сбавляя шагу, Марк подошел к стене и, опустив глаза, увидел выломанную решетку системы стока вод.
Истинно, все дороги ведут в Рим.

Близился рассвет. Николас искал убежище от жгучего дневного света, от сжигающих душу воспоминаний, от стыда за слабость… Орон хорошо знал лес и быстро нашел расщелину в камнях, где собрался дождаться следующей ночи, когда он снова станет охотником и почувствует «запах» добычи. Серебряный крест жег грудь, но Николас терпел. Он забился в щель так глубоко как смог и ждал, беспокойно ворочаясь в душе, тело же его лежало, словно было мертво. И оно было! Когда покой мертвого был потревожен.
Николас ощутил чужое присутствие и вылез из пещеры в камнях. И то ли он увидел зарево нового дня, но ему показался светлый ореол вокруг стоявшего перед ним человека. Священник, он собрался свершить благое деяние, избавить мир от порождения тьмы. Слишком рано. Эта тьма была нужна Николасу. Но он не собирался вредить священнику, как и разводить с ним философские диспуты, но тот оказался на удивление настырен и умел, близящийся день истощал силы мертвого и Николас бросился наутек. Рванул через лес, стремительно несясь к городским стенам, выскочил под рассветные лучи, сгорая в солнечном свете, бросился к стене, надеясь перебраться через нее, и увидел решетку системы стока вод, рванул ее на себя, прыгнул и провалился в зловонную жижу. Впрочем, Николасу было все равно, он сам был скверной.
Вначале пришлось ползти, потом – идти, согнувшись, потом – в полный рост. Прошлепав изрядную долю расстояния, он вышел на подъем, где можно было идти вдоль несущегося рядом зловонного потока. Аккуратно обходя солнечные лучи, падающие сквозь решетки, Николас уходил все дальше вглубь городских коллекторов, пока на чистом сухом пятачке не натолкнулся на группу бездомных. Те в страхе кинулись врассыпную, завидев нежданного гостя. Николас подобрал с пола оставленную ими дерюгу и укутался в нее, надеясь найти защиту для своей полупрозрачной плоти на поверхности. Следовало убираться поскорее, врядли расторопные стражники последуют за спятившими нищими, но вот иной святоша…
Грязный и укрытый замрызганой дерюгой, закутанный в нее словно прокаженный Орон вылез на поверхность вдали от центра города. Веря в свое провидение он искал… Но днем охотничий инстинкт подводил его, он не чувствовал своей жертвы. Сгорбившись и прихрамывая, натянув импровизированный капюшон, он шел по теневым сторонам улиц, вжимаясь в стены, и шарахаясь людей, он продолжал бесцельный поиск… Движение ради движения, мертвые не спят.
Мимо прошел редкий в этих окраинах патруль стражи. Николас сгорбился еще сильнее и в этот момент его дернул за край дерюги слишком смелый ли глупый ли сорванец. Солнечные лучи попали на на одно мгновение открытое лицо, сорванец вскрикнул, стража встрепенулась, а Николас дал деру.
Быстро проскакивая освещенные пространства беглец никак не мог оторваться от прицепившейся стражи, выскочил на людную улицу промчался, расталкивая людей, заскочил в переулок, пробежал на параллельную, и пару кварталов спустя, вернулся на ту же улицу, но уже шагом пробился через толпу, стараясь казаться как можно мельче и жальче, не привлекая внимания людей, пересек улицу и скрылся в переулке на другой стороне. Все кто видел бегущего человека, должны были говорить о параллельной улице, а Николас тем временем удалялся в другую сторону, петляя дворами и темными переулками. Мертвым не нужно переводить дыхание. Через несколько минут Николас остановился, что бы осмотреться и заметил шевеление на темной замусоренной улочке, совершенно пустой, если не считать двух фигур – маленькой и большой, при этом большая, что-то яростно требовала у меньшей. В большой фигуре Николас без труда узнал второго громилу, того который его держал, Гастона.
Мертвый тихо подкрался и тенью возник из-за спины здоровяка, скинув не нужную в тени дерюгу и расправив изодранные клочья плаща теней. Маленький испуганно задрожал и кинулся бежать. Пальцы здоровяка соскользнули с его плеча, после чего он удивленно развернулся, на ходу доставая нож. И в ту же секунду ощутил стальную хватку на своем горле. Здоровяк в ответ, гадко улыбаясь, всадил нож в бок Николасу, однако тот даже не вздрогнул.
Глаза мстителя горели багровым огнем, на одну секунду он спустил с лица маску теней, приоткрывая мертвую плоть полуобоженного черепа. Матерый бандит задрожал дрогнул.
- Скажи где убежище Сарда и умрешь быстро!
Громила хватался за держащую его руку и испуганно вращал глазами, не способный издать не звука.
- Знаешь, наверное, я к тебе не справедлив, - хрипло проговорил Николас. – Ты же не сделал мне ничего плохого, верно? Просто держал, очень крепко держал…
Шея хрустнула под пальцами Николаса.
- Смертельно крепко держал…
Рядом звякнул о пол извлеченный из бока нож.

- Там, там это!!! Нечто! – Марк услышал истощенный вопль маленького человечка, дергающего за рукав стражника из патруля. Тот не стал отмахиваться, а выслушал сбивчивую речь и последовал, вместе со своими людьми, за испуганный человечком. Тихим шагом Марк отправился за ними.
Еще недавно он имел разговор с парочкой нищих, рассказывавших об огромной тени в системе водостоков, все отмахнулись от них как от сумасшедших, но Марк терпеливо выслушал…
Петляя по узким улочкам, процессия вскоре вышла на темный переулок, где лежало изломанное тело. Сержант склонился над покойником и осмотрел его.
- Похоже, ему сломали шею, а потом с силой швырнули в стену.
- Гастон был сволочью, - маленький человек сплюнул. – Уйма людей хотели бы сделать это, но почему не после того, как он отдал бы мне деньги!!! Можно я заберу то, что нашарю в карманах?
Сержант отпустил свидетелю увесистую затрещину.
- Это вещественное доказательство! Если, конечно, что-то оставили в его карманах…
- Не думаю, что этому существу нужны деньги, - произнес Марк, выходя из тени.
- Какого… Прошу прощения, святой отец, - сержант собирался было отпустить веское словцо, но, увидев с кем разговаривает, придержал язык. – Что вы говорите?!
- Он не врет, это сделал не человек, вернее не совсем человек, дождитесь ночи, сами поймете. Думаю, это не последний усопший на сегодня…
- Мы уважаем мнение церкви, - задумчиво проговорил сержант, я доложу начальству, что у нас завелся… Упырь? Надеюсь, сегодняшние наряды усилят не только числом.
- Упырь? – переспросил Марк. – Что же, можно сказать и так.
Он умолчал о том, что видел этого, ныне мертвого, человека. И помнил где и с кем.

Уходил свет, приходила тьма и с каждым умершим лучом, Николас чувствовал, как к нему возвращаются силы, но с ними приходила и жажда. Адский огонь тек по жилам вместо крови, требуя чужой.
Николас достал из призрачных ножен обломок шпаги. Тот задрожал в его руке.
- Веди меня, - тихо прошептал мертвый, скинул с себя дерюгу и словно скользя по стене, пополз к крыше. С одной прыгнул на другую, гигантским прыжком перескочил через освещенную улицу и понесся одному ему известному маршруту над головами подгулявших граждан, ночной стражи, пугая чуткое ухо тех, для кого тьма стала сообщником в получении наживы.
Наконец он замер на гребне одной из крыш в шевелящемся плаще, покрове тьмы сам словно став тенью. Багровое зарево, тлевшее в глазах, отражало образ человека только что задернувшего шторы…
Несколько минут Николас прислушивался к себе и окружению, будто претворившись в статую. Минуты покоя разразились стремительным движением, когда он резким толчком взмыл в воздух и по пологой дуге влетел в намеченное окно. Трое, их здесь трое, мертвец знал это точно. Один даже не успел понять что произошло, его койка была у окна, он как раз стягивал платье с пьяной шлюхи, когда Николас влетел в окно и приласкал его когтистой лапой по уху. Разом, в один прыжок, оказавшись рядом со вторым, который успел оторваться от полураздетой проститутки и обернуться, оживший смел его в угол комнаты, и от удара об стену тот потерял сознание. Гвидон к этому моменту успел схватить дубину отскочить назад, готовый драться на жизнь или на смерть, но Николас не оставил ему ни шанса, отросшими когтями снеся дубину под основание. Своего врага Николас ухватил за горло и хватил головой о стену.
- Выметайтесь! - рявкнул он шлюхам и задвинул за ними запор, после чего придвинул массивный шкаф к дверям.
Когда Гвидон открыл глаза, первое что он увидел, – подвешенные за ноги трупы товарищей с выпущенными кишками. Бандита замутило. Сам он тоже был подвешен за веревку, стягивающую руки, правда, не вверх ногами.
- Впечатляюще? – раздался голос. – Сыграем в одну игру. Называется: «Ответь на вопрос и умри быстро».
Гвидон задергался на веревке. В этот момент за дверью раздался приглушенный топот и стук в дверь.
- Откройте! Откройте! Есть там кто? Ломайте.
- Времени у нас не много, - спокойно продолжил Николас, подходя к Гвидону с обломком шпаги. – Узнаешь?
Мертвый покрутил перед носом у скованного громилы обломком оружия и скинул с лица маску теней, что бы Гвидон мог увидеть не иллюзию, а наполовину обожженное до костей лицо, дикое багровое марево, дрожащее в одной пустой глазнице и ярость в уцелевшем глазу.
- Человек, вскрытый иззубренным обломком, очень сильно страдает. Не долго, но сильно. А теперь вопрос. Где ваше осиное гнездо.
- Старый рудник, - дрожащим голосом произнес Гвидон. – Пожалуйста…
Закончить он не смог, обломок шпаги прошел за нижней челюстью проткнул небо и вошел в мозг. Николас вытащил из тела оружие и бросил его рядом с трупом.
В этот момент упал шкаф, удерживающий двери и в комнату ввалилось несколько стражников. Один, вооруженный арбалетом навел его на Николаса, другой, с мечом, воздержался от преждевременных действий.
- Двинешься и ты труп! – прокричал арбалетчик.
- А я труп. И двигаюсь! – ответил Николас.
Мертвый с места скакнул в окно. Щелкнула тетива. Стражник подскочил к окну, перезаряжая арбалет…
Николас упал на ноги, повалился, вскочил и побежал, скрывшись за углом за секунду до того, как стрелок успел произвести второй выстрел. На бегу, с трудом дотянувшись, вырвал из лопатки прожигавший его серебряный болт, разносящий живительную заразу внутри скверны мертвого тела, и скрылся во тьме.

- Какой ужас, - услышал Марк еще с лестницы.
Кто-то выбежал в коридор, и его стошнило.
- Их убили до того как вскрыли, взгляните только на лица, разве похожи они на людей умерших в муках? - раздался спокойный голос из комнаты. – Вот и инструмент. Довольно необычный, спешу заметить.
- И, тем не менее, убирать это нам, - ответил ему другой, было слышно, что он крепился через силу.
- Вам лучше этого не видеть, святой отец, - произнес слабый на желудок стражник, поднимая голову и утирая рот рукавом, когда его скрутил новый приступ рвоты.
- Не беспокойся сын мой, что мучения тела в сравнении со спасением души, - ответил Марк и вошел в комнату.
Зрелище, и правда, было неприглядное. Пахло кровью.
- Это казнь, - сказал спокойным голосом высокий, сухощавый человек, затянутый в черное. – Взгляните! Разве этот герб на эфесе не герб Оронов?!
- Ага, вурдалак – мститель, - ответил ему лейтенант, с трудом сдерживая чувства.
- Это точно был не человек, я видел, во что стрелял, ответил арбалетчик, заглядывая в комнату.
- Это точно, не человек, - подтвердил слабый на живот стражник, даже не пытаясь показываться в залитом кровью помещении, во избежание рецедивов.
- Что ж в таком случае, я удаляюсь, работы для дознавателя здесь больше нет. Кто–то благополучно оборвал единственную ниточку в деле Сарда Кровавого. Полагаю, дальше здесь следует работать Святой инквизиции, - дознаватель улыбнулся Марку краями рта. – Разрешите откланяться, старший дознаватель городской управы Джузеппе Рихтер.
- Тем более, на меня давно давят, что бы я отказался от расследования, - добавил дознаватель себе тихо под нос, однако Марк расслышал брошенную фразу.
- Лейтенант, - обратился Марк. – Тела не имеют никаких аномалий.
- Они мертвы, это аномально? – переспросил офицер.
- Если бы не существо, это совершившее, произошедшее здесь было бы сочтено обычным убийством?
- Да, - ответил лейтенант. – Необычайно жестоким, но убийством. Впрочем, если верить дознавателю, эти подонки ее заслуживали.
Священник остановился у трупа Гвидона и некоторое время пристально на него смотрел.
- Никто не заслуживает смерти, лейтенант, - ответил Марк. – Всякий должен иметь право на второй шанс и раскаяние.
- Наверное, - добавил священник тихо, выходя из залитой кровью комнаты.

Николас во весь опор несся по ночной дороге. Быстрее, нужно успеть до рассвета. Животные пугались его, поэтому о лошадях, будь возможность раздобыть хоть одну, пришлось забыть. Старый рудник пользовался дурной славой, поговаривали о нечистой силе.
Люди страшнее всякой нечисти, Николас знал это точно, он сам был нечистью. И вот он на месте. Луна заливает то место, где раньше было шахтное управление, пара обветшавших, полуразваленных деревянных зданий, расплывшиеся колеи и гробовая тишина. Нет, не гробовая, чуткое ухо ожившего уловило тихие голоса.
- А что если эти твари еще появятся?!
- Не боись, у нас есть пара серебряных стрел. Клинки нам, хе-хе освятили. Чего бояться?
- Да уж они давно не появлялись.
- Да и бояться нечего, это скорее пугало, что б никто сюда не лез.
«Я тоже своего рода пугало», - подумал Николас.
Схрон не успел и пикнуть, когда спланировавший на них с дерева мертвец свернул обоим дозорным шеи. Сливаясь с ночными тенями, Николас подобрался к выходу из шахты. Часовой на входе, спрятавшийся в глубокой нише на порядочном расстоянии от него, что бы падавший из прохода свет не выдавал позиции, не заметил шевеления темноты, когда тень промелькнула всего в трех шагах от него, поэтому и не заметил, когда умер.
Чем дальше Николас уходил в шахту, тем новее выглядели крепи и обжитее коридоры. Впереди показался свет, и слышны были голоса, нечто вроде кают-компании. Николас свернул в другую сторону.
- Все в порядке, как дежурство? – послышался голос впереди, знакомый голос.
Николас не вслушивался в ответное невнятное бурчание. Риман. Человек, уведший его сестру. Николас следовал за ним в темноте след в след, когда ему показалось, что они отошли достаточно далеко…
- Ты, тварь, забравшая мою сестру, - прохрипел мертвец, вжимая схваченного бандита в стену. – Ты будешь долго умирать. Я даже не нашел ее тела, что бы похоронить!
Сдавленное горло жертвы издавало хрипы, а на другой руке Николаса опять наросли когти.
- Что ты говоришь? Знай, это последнее слово Повесели меня, будь героем, - зло прошипел оживший.
- Она жива, - только и успел сказать Риман, как отпущенный упал на землю и принялся растирать горло.
- Значит ты не…
- Нет, - подтвердил он.
Николас признался себе в этот момент, что он знал, чувствовал, что сестра жива. И только поэтому не порвал Риману глотку в первую же секунду.
- Она здесь?
-Да.
- Если ты соврал, - Николас продемонстрировал когти. – Вобщем тебе лучше не врать. Веди.
Петляя за провожатым практически кромешной тьме, ясной как дневной свет для глаз сверхъестественного создания, Николас вышел к решетке с большим навесным замком.
- Она здесь, - тихо проговорил Риман.
- Здесь кто-то есть? – тихий мужской раздался голос за решеткой.
- Выпустите нас, - послышался плаксивый женский.
- Заткнись, ты хочешь, что бы нас снова избили? – тихо, но зло сказал мужчина из другого угла.
Чувствительные глаза Николаса видели, что импровизированная тюрьма полна ободранных, грязных, испуганных людей. Одним сильным точным ударом острых как бритва когтей он снес замок и отворил дверь.
Кто-то испуганно вжался в стену, кто-то тихо ждал участи, кто-то с надеждой вглядывался в темноту.
- За мной, - тихо скомандовал мертвец.
И люди наученные горьким опытом тихо, без лишнего шума последовали за ним. Пройдя по зачищенному коридору, Николас и Риман вывели их на поверхность, опустив на все четыре стороны. Изредка шепча слова благодарности, освобожденные спешно разбежались, стараясь скрыться как от мучителей, так и от жуткого спасителя. Оживший старался не смотреть в сторону Эльзы, но вот они вышли на лунный свет и…
- Николас! – воскликнула сестра.
- Больше нет, - ответил и на секунду спустил «маску» с лица.
Из глаз девушки брызнули слезы. Демонстративно не обращая на нее внимания, даже не глядя в ее сторону, Николас обратился к Риману:
- Где Сард?
- Я не знаю, - ответил тот и мертвец не стал допытываться.
- Зачем вам люди?
- Торговля рабами, - понимая, что врать бесполезно сказал Риман, нервно сглотнул, промолчал и продолжил. - И еще… Те твари, что в глубине, иногда они становятся голодными и что бы они не лезли на поверхность…
- Замолчи и убирайся, - сказал ему Николас. – Лучше не возвращайся сюда, если не хочешь стать участником кровавой бани.
- Уходи отсюда, здесь опсасно, - обратился оживший к сестре. – Быстро.
- Но, - сквозь слезы попыталась возразить она.
- Всему свое время, и время всякой вещи под небом: время рождаться и время умирать. Эклизиаст. – сказал Николас и добавил. – Мое время давно пришло, я просто взял немного взаймы. Прощай, сестра.
- Ты всегда был умницей, Николас, - на секунду на печальном лице сестры мелькнула улыбка. – Прощай, брат.
Не дожидаясь пока Эльза уйдет, Николас скользнул внутрь рудника и растворился в тени. Аккуратно обходя патрули он старался уйти поглубже в глубину, в тьму, и когда ощутил эманации зла ли, тьмы ли, а может просто заточенной ненависти, некогда брошенных под землей погребенных за завалами, но живых людей, остановился.
- Здесь, здесь, нет, здесь, - приговаривал Николас, водя рукой над полом, остановился и полоснул когтем по своим венам.
Темным огнем с запястья вернувшегося текла его некогда стылая кровь и с каждой упавшей на пол рудника каплей сгущались тени, слышался шепот, оживала тьма.
- Придите, пробудитесь, что бы осуществить мою месть, - скорее для себя, чем для существ, сказал мертвец.
То зло, что когда-то поселилось в шахте, порожденное отчаянием и болью оставленных на погибель людей уже давно утратило человеческие черты, и вот оно подпитываемое силой, энергией и яростью Николаса вновь возвращалось к жизни, требуя жертв и крови. Оживший ощутил слабость и оборвал контакт. Но этого было достаточно. В темноте послышался крик, еще один дикий вопль раздался впереди. Николас бросился бежать к выходу, глядя, как на его глазах оживали ночные кошмары, он был одним из них. Группа бандитов, вооружившись факелами, освещенными клинками и серебряными стрелами сплотилась, разгоняя тьму, надеясь спастись и пробиться к выходу. Не обращая на них внимания, оживший проскользнул мимо и рванул к выходу, когда получил в спину стрелу.
- Кажется, я подстрелил еще одну! – раздался восторженный вопль одного из бандитов.
Не обращая внимания на боль и растекающееся онемение от серебряной стрелы, Николас рванул к выходу и на финишной прямой, когда впереди уже виднелось зарево предстоящего рассвета, поглощавшее звездное небо, остановился. Отрастив когти, сломал одну крепь, другую, третью. Потолок уже не поддерживаемый ничем трещал, но падать отказывался. Счет времени шел на секунды. Николас снес еще несколько стоек, и, отчаявшись, снова полоснул себя по запястью, брызнул темной кровью на стены, полоток, отошел назад, протянул вперед ладонь и позвал. Порода начала осыпаться, образуя завал все шире и шире, грозясь погрести под собой и вернувшегося. Николас бросился наутек и выскочил прямо под рассветный лучи восходящего солнца, прямо за ним рухнул обвал, подняв тучу пыли. Обессиленный, он упал на колени и из последних сил вырвал из спины отравляющую его серебряную стрелу.
Пыль оседала и Николас начинал ощущать что он сгорает под солнечными лучами, назад дороги нет, обвал не оставил на толики надежды на нишу в тени которой можно укрыться, до развалин строений слишком далеко. Про себя Николас посмеялся над собственной беспомощностью. Сбежать с того света ради мести и так бездарно погибнуть. Но ничего, зато Эльза спасена. Все хорошо…
Николас сквозь клубы пыли смотрел на последний в его не жизни рассвет, когда из оседающих клубов пыли проступила фигура. Готовый загореться мертвец не смог рассмотреть своего спасителя, когда тот накинул на него плащ, закрывая от губительных солнечных лучей.

- Забавно, упырь, склонный к рефлексии и демагогии, откуда же такие берутся? Впрочем, не отвечай, - в голосе священника чувствовалось сомнение и смятение, но с каждым шагом в его речь добавлялась твердость.
Будь Николас жив, он вздрогнул бы, когда с него сорвали плащ, но он был мертв и просто заметил, что его оттащили в тень.
- Ну и тяжел же ты, приятель, - произнес Марк и провел лезвием извлеченного ножа по запястью.
Побежала кровь.
- Пей, - приказал он, роняя кровь на Николаса. Тот с содроганием подставил руку, с отвращением облизнул, поймал ртом тоненькую струйку и сделал два глотка.
- Х-х-ватит, прекрати, - каркнул он.
- Ну, это же ты отказывался кушать, - криво улыбнулся священник. – Я до сиих пор не уверен, что поступаю правильно. Это противоречит всему чему меня учили.
Марк принялся обвязывать запястье и принялся читать короткую молитву:
- Крестное знамение Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь, - и перекрестился. Порез мгновенно перестал кровоточить.
- Почему? – только спросил оживший.
- Кто убивает, тоже будет убит. Кто приказывает убить, тоже будет убит по приказу, - процитировал Марк. – Я многое видел: пепелище, могилы, отряд оставивший их позади, мертвого старика убившего парня…
После этих слов Николас вздрогнул.
- Я не думаю, что ты – зло. Ты не тронул ни одной живой души, не затронутой твоей местью. Не похоже на безумного упыря или демона. И ты не притронулся к крови. Окончательно меня убедил бежавший отсюда оборванец.
- Да, - ответил мертвый. – Но не месть, а воздаяние, за этим я вернулся.
- 12е Евангелие от Матфея: Воздаяние добром за добро и злом за зло, - тихо произнес Марк.
- И так во всём, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки. Именно так они со мной и поступили, - прохрипел Николас.
- Чтож, я тебя понимаю, не оправдываю, но понимаю, - произнес Марк. - Хотя… Оправдываю, иначе не помог бы…
- Почему?
- Потому что не могу просто устраниться, эта история сама позвала меня. И… Ты вызываешь сострадание. Я не знаю, кто тебя вернул. Но ничто не делается просто так. И не человеку стоять на пути провидения.
Николас хрипло рассмеялся.
- Не скорбите по усопшим, - произнес он. – Как ты меня нашел?
- Интуиция, - ответил Марк.
Как еще можно описать снизошедшее откровение, высшее знание, провидение?
- Видимо, Бог тебя хранит, - добавил он, глядя на выпавший из-за пазухи ожившего серебряный крест. - Твой земной путь еще не закончен Николас Орон. Не потеряй в себе человека, если это произойдет, я буду рядом.
Священник поднялся и, оставив вернувшемуся плащ, ушел.

Снова шел дождь. Потоки воды извергались из темного ночного неба, прогоняя с улицы прохожих, заставляя прятаться бездомных, а редкие патрули проводить дежурство под сухими навесами и в не менее сухих кабаках. И только одинокая фигура, вышедшая к дому с высокой оградой не боялась непогоды.
Закутанный в плащ Николас спрятал дрожащий в его руке кинжал и легко перемахнул через ограду. Бросившиеся было к нему собаки, под тяжелым взглядом мертвеца, заскулили и спрятались.
Беспрепятственно Николас прошел к парадному входу и под сверкание молнии и рев грома распахнул тяжелые створки… Тяжелые незапертые створки.
- Проходите наверх, комната прямо, вас ждали, - из тени выступил дворецкий.
По старой привычке Николас молча бросил ему плащ. Его попытаются отговорить, с ним попытаются договориться, откупиться? Орону было все равно. Все сомнения в нем давно умерли. Он пришел за еще одной жизнью. Неторопливо он поднялся из вестибюля по лестнице на второй этаж и вошел в указанную дверь. Рабочий кабинет, у отца был похожий. За столом, освещенным светом неяркой лампы сидел Сард и держал в руках арбалет. А под прицелом арбалета не так далеко от Сарда сидела его связанная сестра.
- Извини, что я так, - произнес Кровавый. – Но держать нож у ее горла в ожидании тебя было бы довольно утомительно.
Николас не ответил.
- Знаешь ли, это немного льстит, когда за твоей скромной персоной возвращаются из самого ада. Я дворянин и понимаю твои чувства. Я не буду оправдываться. И предложу тебе сделку. Жизнь твоей сестры и открытые карты за мою. Просто выслушай меня.
Николас молча ждал.
- Я сотворил немало грехов. Я лгал, убивал, насиловал и мучил. Но неужели то полагаешь, что убийство твоего отца – влиятельного дворянина могло произойти от руки полусумасшедшего разбойника? Просто так, забавы ради? Я всего лишь бешенный пес, спущенный с цепи. Мнение Рональда Орона служило препятствием на пути значительных людей. Гораздо более значительных, чем ты, я или твой отец. А такое препятствие сметают. Они нужны тебе, не я.
- Ты врешь, - только ответил мертвый.
Сард зло рассмеялся. Непослушной рукой столкнул на пол небольшую трубку и катнул ее ногой в сторону Николаса, тот поднял и достал изнутри лист бумаги, принялся читать и… Взгляд его остановился на печати внизу листа.
- Значит это правда, - прошелестел равнодушный голос ожившего. – Но есть одно но. Диких собак убивают.
Вслед за неуловимым движением руки в воздухе мелькнула серебристая молния и кинжал вонзился в плечо Сарда Кровавого, опрокинув того вместе со стулом на пол. Неторопливо Николас приблизился к распластанной фигуре, переступив по дороге круг из соли и сложный рисунок на полу, и за горло поднял беспомощного врага.
- И еще, у тебя нет жизни моей сестры, - с этими словами Орон вырвал кинжал из раны.
Сард вскрикнул.
- Имена, - тихо потребовал Орон.
- Хорошо, - понимая, что обречен, Сард оттягивал секунду гибели ради последнего желания. – Но с одним условием…
- Быстро или медленно? - словно не слыша его, спросил Николас.
- …Не трогай моего сына, - закончил Сард.
- Сына? – переспросил мертвый, и в эту секунду его посетило озарение. – Риман!
- Да! Оставь ему жизнь, и я не обману, - твердый до этого голос Сарда надтреснул.
- Клянусь, - бескомпромиссно пообещал Николас.
И разбойник зашептал на ухо Орону имена. С последним звуком в его сердце вошел кинжал, до этого искалечивший руку.
Безжизненное тело рухнула на пол, а Николас приблизился к связанной сестре и с легкостью разорвал ее путы. Эльза поднялась и вскрикнула от испуга. Николас обернулся и увидел, как с пола поднялся мертвый Кровавый, не вытаскивая ножа, повернулся к Орону.
- Здравствуй Николас, - произнес мертвец, словно не своим голосом, глядя на Орона невидящими глазами, и от фигуры мертвого разбойника повеяло мраком и жутью. – Помнишь, у нас был договор, твоя месть свершилась.
- Не все виновные наказаны, - ответил тот.
- Но ты расправился со всеми, кто был тогда в твоем доме, об остальных договора не было. Ты никогда не получаешь всего чего хочешь, - саркастически ответила сущность в теле Сарда.
- Мне нужно еще немного времени, - ответил Николас.
- О как это эгоистично. Все вы люди таковы, никогда не довольны тем, что у вас есть. Виновные мертвы. Теперь нужны организаторы, ради чего, мистического правосудия?
- Да, - ответил Орон.
- Вопрос был риторический. Моя часть договора выполнена. Теперь твой черед послужить мне, - труп врага протянул к Николасу руку и тот почувствовал, как нагревается и до того жегший его крест.
В этот момент дверь распахнулась. Сквозняк хлопнул окном, впуская в комнату ветер и дождь, погасла лампа, задутая резким порывом ветра, вверх взметнулись листы бумаги с письменного стола.
- Exorcizamus te, omnis immundus spiritus, omnis satanica potestas, omnis incursio infernalis adversarii, omnis legio, omnis congregatio et secta diabolica, in nomine et virtute Domini Nostri Jesu + Christi, eradicare et effugare a Dei Ecclesia, - громко и торжественно звучали слова.
Тело Сарда повалилось на пол и забилось в конвульсиях. Рокот слов все нарастал, бил в ушах, грохотал вторящий ему гром, и сверкала молния.
- Humiliare sub potenti manu Dei; contremisce et effuge, invocato a nobis sancto et terribili nomine Jesu, quem inferi tremunt, cui Virtutes caelorum et Potestates et Dominationes subjectae sunt; quem Cherubim et Seraphim indefessis vocibus laudant, dicentes: Sanctus, Sanctus, Sanctus Dominus Deus Sabaoth (склонись под всемогущей Десницею Божией; трепещи и беги, когда призываем мы святое и страшное имя Иисусово, от коего ад содрогается, коему Силы, Державы и Власти небесные смиренно поклоняются, коему Херувимы и Серафимы непрестанно славу воспевают, взывая: Свят, Свят, Свят Господь Бог Саваоф), - произнес Марк последние слова обряда и перекрестил тело Сарда, которое мгновенно успокоилось, превратившись в спокойного и статичного покойника.
- Мы выиграли тебе немного времени, Николас. Но он… Она? Оно, вернется. Забавно, тебя спасло то, что столь долго причиняло неудобство. Крест и вера смогли тебя защитить, дело стало за Церковью, - сказал Марк и усмехнулся. – Ты не думаешь, чамое время поделиться тонкостями ситуации?

Старший дознаватель городской управы Джузеппе Рихтер появление священника, девушки и их невероятного спутника воспринял спокойно, как и исповедь мертвеца. Терпеливо выслушал его речь и просмотрел принесенные документы. Пламя свечи бросало на его худое умное лицо неверный свет. Затянувшаяся речь и шелестение тихого хриплого голоса словно ввели его в транс.
- Итак, это зловещий триумвират герцога Ангелио, епископа Традиторе и бургомистра Верратера, - подытожил свои слова Николас, скрывающийся во тьме.
В комнате повисла напряженная тишина. Казалось, можно было услышать звук с которым горит фитиль.
- Почему вы пришли ко мне? - наконец спросил Джузеппе.
- Кто убивает, тоже будет убит. Кто приказывает убить, тоже будет убит по приказу, - продекламировал Николас.
- Что заставляет вас думать, что я не в связке? - продолжил Джузеппе.
- Есть некоторые основания так полагать, - произнес Марк, Николас сверкнул глазами и выпустил когти.
- Хорошо, - словно не видя этого жеста, согласился Джузеппе. – Этих документов и показаний свидетелей, если тот молодой человек, и юная леди дадут показания, достаточно, что бы прищучить бургомистра, возможно, церковь возьмется решить свою внутреннюю проблему с Традиторе, но герцог…
- Я имею некоторое влияние в религиозной структуре, - «простой» священник Марк пожал плечами. – Но, думаю, не стоит рассчитывать на громкий процесс, Ватикан имеет свои способы решения проблем. Но что до герцога…
- Что до герцога… - тихо произнес Николас. – Видимо, не все кто приказывал убить будут убиты по приказу, если только кто не прикажет…

Риман проснулся среди ночи. Он не знал причины своего пробуждения. Впрочем, гибель отца и так не давала ему сна и покоя.
- Молчи, - раздался шипящий шепот над ухом. - Я поклялся не убивать тебя. И я понимаю, что даже лжецы, лицемеры и предатели любят своих родителей. Живи пока. Но если когда-нибудь ты пойдешь по стопам отца, я достану тебя даже из-под земли. Ты должен понимать, что это не пустая угроза. Теперь спи.
Сознание покинуло Римана.
На следующее утро он был уверен, что его посетил не простой сон. Город полонился новостями. Прошла всего неделя с того момента как погиб его отец, а город завертелся в круговороте событий. Вчера в собственной опочивальне скончался естественной смертью епископ Традиторе. Звучало мнение, что у него были проблемы с сердцем, еще в последние дни поговаривали, что Папа им не доволен. Впрочем, он сам лично скоро собирался прибыть в город. Возможно это внесет некоторую ясность в ситуацию, но скорее, напустит еще больше дыма.
Состоялся суд над бургомистром. И Риман не отказал себе в удовольствии быть свидетелем по делу одного из лиц, косвенно виновных в смерти его отца. Он был бы не против быть и свидетелем того, как эту жирную свинью вздернут, но его приговорили к плахе. Именно сегодня. Какой-то амбициозный дознаватель того и гляди сделает на этом карьеру.
Говорили о расправе над родом Оронов, этих слухов Риман старался не слышать. Рассказывали и о единственной выжившей. Бедная девочка. Возможно переедет к жениху, с которым была помолвлена, если тот не оставит бедняжку, да и кто оставит-то после такого, народная молва не стерпит подобного оскорбления. Риман болел за отца, но, помня зловещий свет бордового марева в глазах Смерти, от этой страшной истории решил держаться подальше.
Но это утро озадачило жителей еще одной тревожной новостью, переплюнувшей начавшиеся массовые чистки среди чиновников и дворянства. На воротах своего замка было распятое тело герцога Ангелио, ему выпустили кишки и к моменту, когда его обнаружили и собрались снимать, вороны выклевали ему глаза. Слуги клялись, что ничего подозрительного этой ночью не происходило. По кабакам ходили слухи, что недавно точно таким же образом казнили несколько то ли бандитов, то ли бродяг. Вот уж точно смерть уравнивает в правах.
Впрочем, народ чесал языки, а жизнь продолжалась. Ничего не изменилось в глазах привычного обывателя.
Народ взвыл, когда с плахи скатилась голова бургомистра. Хлеба и зрелищ, как всегда, хлеба и зрелищ. Тем более прекратились лившие последние дни дожди. Толпа суетилась. Развлечение окончено, пора по делам…
Последний раз редактировалось Песатель 05 Октябрь Воскресенье, 2008 23:09, всего редактировалось 1 раз.
Аватара пользователя
Песатель

 
Сообщения: 28
Зарегистрирован: 29 Сентябрь Понедельник, 2008 19:27

Re: Зритель с галерки. Воздаяние.

Сообщение Песатель 05 Октябрь Воскресенье, 2008 23:09

Послесловие (или то, что не влезло в первое сообщение)
От беззаботности и спокойствия окружающих, когда совсем рядом, за стеной, в двух шагах происходило нечто страшное и темное мертвое сердце, душа Николаса вздрагивали. Ты можешь творить, создавать и убивать, но это не изменит мир. На смену одному кровавому придет другой, на смену одному властолюбцу – следующий. Ты не можешь изменить мир. Разве что чуточку.
Рядом, возможно даже с теми же мыслями вздрагивало еще одно, но живое сердце.
- Одним Сардом Кровавым стало меньше, - озвучил мысли тихим шепотом Николас.
- Следующий «серый кардинал» будет осторожнее, - продолжил Марк.
- И, может быть, человечнее, - добавил Орон.
Они стояли на краю площади в тени здания. И, несмотря на теплую погоду, Николас кутался в плотный плащ. Ни одна победа не защитит его от жгучих солнечных лучей.
- Почему я здесь? – спросил Николас.
Он уже попрощался с сестрой. Молчанье было ему ответом.
Никто из присутствующих не знал, что сегодня в городе произошло еще одно трагичное, но вполне обыденное происшествие. Перевернулась телега. Все бы ничего, но в этом происшествии сломала шею маленькая девочка лет шести, сущий ангел. Сердца убитых горем родителей рвались от этой трагедии. Но нужно было кормить еще шесть ртов, так что…
Маленькая девочка подошла к Николасу и требовательно дернула за плащ. Орон обернулся и сразу узнал гостя.
- Время пришло, Николас. Ты и так задержался, - беззаботно каким-то далеким и отстраненным голосом сказала девушка.
- Я могу тебя освободить, - на лету схватив суть ситуации, сказал Марк.
- Нет, - оживший грустно покачал головой. – Я привык платить свои долги. Нет. Точнее, нужно платить такие долги. «…Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее». Марк, прошу только об одном… Я должен знать, кому быть благодарным.
- Меня зовут Марк-Декард. Прощай, Николас Орон, - сказал священник.
- Прощай, Марк-Декард.
Николас взял девочку за руку, и образ молодого парня отделился от мертвого тела, кулем рухнувшего на мостовую. Подтягивались зеваки. Но они не видели того, что видел Марк-Декард: образа парня и девочки, медленно растворившихся в утренней дымке.

Евангелие от Матфея 12
Воздаяние добром за добро и злом за зло (33-37)

См. viewtopic.php?f=32&t=10440
Аватара пользователя
Песатель

 
Сообщения: 28
Зарегистрирован: 29 Сентябрь Понедельник, 2008 19:27

Венценосцам не отказывают. Билл Клинтон

Сообщение Песатель 09 Октябрь Четверг, 2008 02:08

Принц окинул взглядом долину, в которой раскинулась армия. «И где они только жратву на такую ораву находят?» - мелькнула мысль в его голове. Франц оглянулся – занимался рассвет:
- Вперед!!! – скомандовал он и первым направил коня с холма.
Лавина из трехсот человек под его предводительством ринулась вниз, сверкая латами, в лучах зарождавшегося дня и обрушилась на десятитысячную армию… Всем обаянием дипломатического корпуса. Даже не смешно! Это только в сказках три сотни волшебных героев могут одолеть армию в десять тысяч. Наши герои не были волшебными, поэтому даже не пытались. Война лишь жалкий придаток политики, сказал когда-то человек, условно никогда не рождавшийся в этом мире. Поэтому герои прибыли на переговоры.
Отряд принца вломился в расположение войск и учинил переполох на рассвете. Клин обнаглевших солдат принца ломанулся к центру лагеря, оставляя на своем пути кровавую жатву из разбуженных внезапным шумом солдат. Но вскоре армия опомнилась и организовала оборону, окружив отряд и частично рассеяв, и потребовав, в конце-концов, объявить цель визита в столь ранний час. Наглыми рыбьими и изрядно сонными глазами на принца Франца уставился некий рыцарь и требовал объяснений.
- Я прибыл на переговоры! От имени своего отца и всего королевства! – объявил принц.
- Переговоры, - зевая незнакомый рыцарь уставился на медленно поднимающиеся из-за горизонта солнце. – Рановато.
Своей наглой вылазкой принц почти добрался до шатра веначальника, когда влез в словесную перепалку с рыцарем. В ответ на поднявшийся крик из того самого шатра вышла стройная амазонка в боевом облачении. Ярко-синие глаза дико смотрелись на смуглом лице.
- Знаменитая Элен-Виктория Третья Воинственная! Великая воительница принцессаы Корнелии Благочестивой, как вы можете заметить, я тут терплю небольшое бедствие, - выкрикнул принц. – Может быть, вы выкажете благородство и позволите мне свершить то, ради чего я сюда явился – скрестить с вами мечи на поле битвы дипломатии?! Ведь что такое война, как не жалкий придаток политики?
Военачальница промолчала, поправила перевязь с мечом и сделала какой-то непонятный жест рукой. Солдаты между ней и принцем расступились.
- Если ваше красноречие являет хоть тень вашей красоты, то меня ждет позорнейшее поражение, - произнес принц, снимая шлем, и отсалютовал.
- Что ж, пройдем в палатку, к сожалению, мы не можем предложить вашему величеству больших удобств, - ответил звонкий мелодичный голос.
Франц пожал плечами и последовал за девушкой.
- Я хотел бы… - торопливо начал принц, не желая растягивать обмен любезностями, но был перебит.
- Может быть, сперва, отведаем вина, Ваше Сиятельство?
Королевский сын хотел было ответить, что не пьет с утра, но вдруг понял, что не хочет отказывать этой девушке, и молча взял бокал. Вино слегка горчило. Вдруг Франц испытал чувство сравнимое с ударом хорошей дубины по голове, как оказалось, это была отнюдь не любовь.
- Крепкое вино! – только и сказал он, перед тем как отрубился. Гораздо красивее было бы сказать: перед тем как тьма поглотила его сознание или перед тем как он рухнул в небытие или придумать еще какую-нибудь цветастую метафору. Но, к сожалению, принц банально отрубился!


Франц пришел в себя, лежа в мягком ложе, и вначале немного удивился, что проснулся. Потом на смену его удивлению пришла головная боль, и принц уж было решил завязать со спиртным, как вдруг вспомнил, что произошло… Борьба с алкоголизмом перешла на второй план, на первый – любопытство.
Принц аккуратно приоткрыл один глаз и рассмотрел пол комнаты. Просторная, с высоким потолком и высокими же сводчатыми окнами, богато декорированная. Франц, конечно догадывался, что таких кроватей, на которой он располагался в темнице не держат, на ней спокойно могла разместиться большая часть его отряда, с конями; но и подобного радушного приема не ожидал, впрочем, здоровенная шишка ставила под сомнение все радушие. Небось, не раз уронили, пока тащили, нельзя так с коронованными персонами!
После этой небольшой рекогносцировки, принц сподобился отворить и второй глаз. То что он увидел на сей раз, порадовало его еще больше. Молодая, красивая служанка с волной рыжих волос, зелеными глазами и, несомненно, длинными ногами, всеми силами пыталась соблазнить принца подносом с едой.
Франц поднялся на кровати и потянулся к графину, который стоял на подносе. Девушка громко ойкнула и отскочила, так как принц продолжал тянуться, он едва не рухнул с кровати. Огорченный своей неудачей расстроено хмыкнул и сел назад. Девушка опомнилась, подошла ближе и протянула поднос. Принц благодарно кивнул, ухватил графин и вмиг ополовинил содержимое. Живительной жидкостью по горлу растекся апельсиновый сок.
- Благодарю вас, моя спасительница, - изрек принц. – Вы достойны всяких королевских почестей, однако в настоящий момент, я не в силах наградить вас ничем большим, чем доброе слово! Как вас зовут, милая девушка?
- Эльза, - робко ответила та и покраснела.
- Эльза, ваше имя звучит как музыка, а ваша красота достойна царицы!
Франц взял девушку за руку, та ойкнула и выронила поднос. Принц поцеловал запястье и прошептал:
- Вместе с вами, сегодня солнце вошло в мои покои…
Девушка слабо трепыхалась, а Франц уже целовал сгиб локтя и настойчиво тянул девушку к себе. Та снова ойкнула, но неактивного сопротивления не оказала.

Придаваясь плотским утехам, Франц отнюдь не подозревал, что в это время в другой части замка на женском совете обсуждалась его судьба.
- И зачем ты мне его привезла? Надо было там и кончить его. А то теперь корми, пои, убытки одни! – раздался капризный, но не лишенный приятности голос.
- Но, Корни, он был такой милый, я бы вообще ничего бы не делала, но кое-кто не оставил мне никаких указаний по поводу переговоров! Вот я и притащила переговорщика тебе! – возразила растеряно военачальница. – У меня рука не поднялась прибить принца пока еще союзной державы!
- Никогда не разделяла твоего увлечения этими… гм, - возразила принцесса. – Прикажу казнить!
- Не надо! – вскрикнула Элен-Виктория и обильно покраснела.
- Ты была очень-очень плохой девочкой! – произнесла Корнелия игриво-шутливо. – Возьму и казню.
- Повремените с этим, Ваше Величество, - раздался голос молчавшей до этого женщины в плаще с капюшоном. – Посмотрим, что он из себя представляет.
- Ну вот, все сегодня против меня! – надула полные губки принцесса. – Ладно, так и быть, пойду вам навстречу. Казнить всегда успеем, как наиграетесь, скажите! Придумаем что-нибудь с пытками! А батюшке его скажем, что никакого дипломатического корпуса к нам не поступало!

Эльза подмигнула и прикрыла за собой дверь.
Франц оделся и выглянул за дверь, через которую несколько минут назад скрылась девушка. По бокам выход сторожили двое громил, крайне зловещего вида, смущая окружающую обстановку суровыми лицами опытных головорезов.
- Привет! – жизнерадостно бросил им принц, и даже не удостоившись взгляда, скрылся за дверью. Он и не рассчитывал, что его пустят на экскурсию без сопровождения.
Весело насвистывая, Франц подошел к окну. Вид был превосходен. За ним расстилался прекрасный сад, правда, на пять этажей ниже. А дальше был город. Большой и каменный. Принцу в голову заглянула мысль, что по такому приятно прогуляться в приятной компании, ну или неплохо бы прошвырнуться по кабакам.
Внизу в саду была какая-то суматоха. Целая орава стражи неслась за здорово бегущим человеком. Принц пожал плечами и отошел от окна. Не мешало бы еще немного вздремнуть.
Второе пробуждение было спровоцировано бесцеремонным стуком в дверь и просьбой одеться. Принц отворил внушительный гардероб и подобрал одежду себе по вкусу. Черный и бардовый бархат, мягкие удобные туфли. Эскортом, помимо десятка гвардейцев, ставших окружением вокруг Франца, стал долговязый седеющий манерный господин в черном костюме, вежливым жестом пригласивший пройти за ним.
Принц беззаботно вытягивал шею, выглядывая за кольцо гвардейцев и пытаясь разглядеть обстановку замка, являя сиим поведение отнюдь не достойное королевской особы. Вскоре однообразный стук каблуков и молчаливость спутников начала утомлять невольного гостя, и он заскучал.
От вынужденного безделья Францу в голову стал закрадываться коварный план о том, как подбить ногу идущему впереди гвардейцу, что б он здорово растянулся по полу. Остановила его отнюдь не боязнь последствий, а разыгравшаяся сцена. Внезапно перед мерно движущейся по галерее процессией выскочил человек в черной кожаной куртке, поверх черной же рубашки, кожаных штанах и сапогах все того же цвета. Он мельком глянул на принца с окружением, провел рукой по аккуратной бородке с усами и, придерживая перевязь с изящным мечом скакнул в окно. В ту же секунду из того же коридора, из которого появился незнакомец, вылетел небольшой, человек в пять отряд дворцовой стражи. Они успели заметить только мелькнувшую спину.
Тут же все, включая принца, и забывшую о нем охрану, бросились глазеть в окно. Однако, пятью этажами ниже никакого тела не наблюдалось. Потом все опомнились, стража двинулась по своим делам – пить и играть в кости, а принц пошел с охраной дальше. Как он заметил, одного своего провожатого он недосчитался, видимо, удалой гвардеец счел эль и кости более привлекательными исполнению своего священного долга по доставке любопытной венценосной особы в пункт назначения.
И снова мерный стук каблуков. Завидев впереди ворота, а назвать это по другому принц не мог, он понял, что пешая прогулка подошла к концу и решил не претворять в жизнь план по унижению достоинства гвардии.
Да, с помпой тут встречают пленных - подумал принц, поморщившись от звука фанфар. От воплей герольда, огласившего имя и титул, слегка заложило уши. Если остальной дворец был обставлен со вкусом, то эта зала принца ничуть не заинтересовала, слишком много стараний ушло на то, что б произвести впечатление на вошедшего богатством и величием. В итоге роскошь из-за ее чрезмерности превратилась в обыденность. Францу почти не пришлось прилагать усилий, что б натянуть на лицо маску слегка брезгливого безразличия.
- Принц Франц бла-бла-бла вы удостоились аудиенции бла-бла-бла принцесса Корнелии прозванной ее богобоязненным народом Благочестивой бла-бла-бла, - к концу речи принц уже дремал с открытыми глазами, изо всех сил стараясь не храпеть.
Пробудила его фраза:
- Бла-бла-бла можете приблизится бла-бла-бла…
Франц неспешным, танцующим шагом подошел ближе к трону. Рядом охраны не было. Только уж знакомая принцу Элен-Виктория Воинственная да еще щуплая фигура в накидке с капюшоном, скрывающим лицо. Однако Франц как видел, так и чувствовал направленные на него вполне острые, смертоносные арбалетные стрелы, а может еще и что похуже. Выходит, излишне пышный декор служил не только символом плохого вкуса и любви пускать пыль в глаза.
- Мы рады приветствовать столь высокого гостя, - как показалось Францу, вполне искренне произнесла принцесса, «Вот сюда я вотку кинжал» - прочитал по лицу принц.
- Да я сам как-то не ожидал, что явлюсь с визитом, - добродушно ответил он. – Вы уж позвольте, общаться предложу без излишней заковыристости и пафоса, это сэкономит Вам времени, мне нервов.
- Конечно, я сама не очень жалую эти изыски, - произнесла Корнелия, «Вот наглец!» - сказало выражение ее лица.
- Боюсь я слишком беспокойный гость, надеюсь в ближайшее время освободить вас от моего обременительного присутствия, - улыбнулся во все 32 Франц.
- Ну что вы, как же я могу отпустить такого завидного гостя, - с не менее обворожительной улыбкой ответила Корнелия, «когда я тебя отпущу, тогда и уйдешь» - явно расслышал принц.
- Давайте начистоту, - сказал он. – Я пленник.
- Если вы полагаете себя пленником, ради вашего же желания я могу сделать так, что бы ваши слова не расходились с действительностью… И лишить привилегий дорогого гостя в пользу холодной камеры с аппетитными крысками, сухого хлеба и тухлой воды, - на этот раз сказала она именно то, что хотела, и что имела в виду.
Нахмуренные бровки и твердо сжатые полные губки, вкупе с выглянувшими из-под съехавшего разреза платья коленками смотрелись так мило, что Франц едва сдержал улыбку.
- Буду рад погостить у вас еще, - ответил он с легким поклоном и, хитро блеснув изподлобъя глазами, добавил. – Если очаровательная хозяйка будет баловать меня своим вниманием.
- Осталось урегулировать один маленький вопрос – произнес Франц. – Вопреки всем многолетним договоренностям, непогашенному долгу вашего государства перед моим, долгим годам сотрудничества вы выступаете с многочисленной армией против нашей тихой монархии и мирной жизни, зиждущейся на экономическом благополучии…
- Браво принц, вы еще забыли добавить про неприкосновенность переговорщиков - оборвала его Корнелия, «заткнись, а то пожалеешь» - прочитал Франц. – На то были свои причины.
- Не смею возражать, - ответил он, догадываясь, что продолжение пламенной речи вполне способно оборвать ту ниточку, которая удерживала нависший дамоклов меч. – Однако смею заметить, что ни ваш отец, ни ваш брат не нарушали пунктов международных соглашений, и всегда строго придерживались негласных правил…
- Однако их здесь нет, - опять перебила принцесса, «и врядли появятся» - договорило ее лицо.
- Никак не могу спорить с женщиной с таким декольте, тихо ответил принц.
Принцесса вполне по-девичьи зарделась.
- В таком случае, полагаю, генералу Элен-Виктории доставит удовольствие провести небольшую экскурсию по нашему скромному обиталищу, - произнесла Корнелия словами и невербально: «посмотрим, что из этого получится».
Принцу живо пришла в голову картина, как маленькая Корнелия в игрушечном дворце усаживает кукол за стол на чаепитие, и он улыбнулся своим мыслям в тайне надеясь, что его улыбку поймут не правильно. Что ж от такой компании он не откажется.

Принц меньше прислушивался к приятной мелодичной речи своего экскурсовода, чем любовался ею. Женственные черты, спортивная фигура, короткая стрижка, плавные по-кошачьи грациозные движения. Даже не верилось, что она слывет грозным воином и неплохим стратегом. Ну, какого нормального живого мужчину в ее присутствии будут интересовать картины восьмисотлетней давности или мечи и латы победителей драконов, или всякие чучела мифических животных? Такого и на ярмарках насмотреться можно. Единственное что немного смущало – это выглядывавшие из-за углов любопытные глаза, «случайно» прогуливающаяся прислуга и знать… Могли бы присматривать и незаметней.
- А вот здесь тренировочный зал нашей гвардии! – объявила Элен. – Идемте дальше.
- Почему же? – спросил Франц. – Давайте взглянем.
Они были уже в совершенно ином крыле замка, и большие сводчатые двери вывели их в просторный зал, в противоположной стене которого были трое высоких арок, с распахнутыми дверьми, выходивших в небольшой дворик.
В зале стояли тренажи с разнообразным оружием от шпаг до алебард и другого, совсем уж невообразимого. Во дворике упражнялись в стрельбе из лука и метании оружия. А по залу скакало несколько человек в фехтовальных костюмах.
- Вы не против, если я повыпендриваюсь? – спросил принц.
- Ну что вы! – делано возмутилась Элен-Виктория. – Буду только рада понаблюдать.
Принц скинул камзол, оставшись в рубахе, выбрал среди защиты подходящую крагу и выбрал клинок по вкусу – длинный узкий меч, почти шпагу.
- Рискованно, - прокомментировала воительница отсутствие защиты, жестом подзывая двух гвардейцев.
- Чай не маленькие, - возразил принц глуповато улыбаясь, неловко взмахнув мечом у своего лица и едва не отхватив прядь собственных волос с головы. – Мальчики будут аккуратными.
Гвардейцы скептически переглянулись.
Чтож, если вы так хотите пострадать... - спокойно, сказала девушка, и совсем не командным голосом обратилась к гвардейцам. - Атакуйте
Один из них подошел и медленно ткнул принца мечом. Тот даже не пошевелился. Зевнул, прикрывая рот свободной рукой.
- Я ведь не могу защищаться, когда вы меня не атакуете, - произнес он грустно. – Тычьте им хотя бы в меня.
Следующий удар был точнее, однако, с тем же эффектом. Вроде бы принц ничего не делал, но удар прошел мимо.
- Чуть быстрее, - скомандовала Элен.
Гвардеец оглянулся на нее и повторил выпад. Принц снова ушел. Противник повторил движение еще и еще, наращивая скорость, и стало понятно, что принц перемещается, плавно, незаметно, гвардеец разгорячился и нанес резкий рубящий удар. Сталь скрежетнула по стали, принц не блокировал удара, а сошел с лини атаки и подкорректировал его. И тут же ткнул не заточенным клинком в защищенный бок провалившегося в удар гвардейца.
- Туше, - объявил принц, опять неловко взмахивая мечом.
Воин отошел на шаг и отсалютовал Францу мечем, принимая боевую стойку и набросился на венценосную персону уже серьезно, с боевой выкладкой. Однако принц ловко уходил от ударов, время от времени, забрасывая молниеносные ответные удары, или же скользил вдоль клинка, резал финтами защищенные запястья противника. Тот бесился, но победить не мог.
- Тише, Ганс, дай я, - отозвался второй гвардеец и заменил запыхавшегося товарища.
Некоторое время они с Францем кружили друг вокруг друга, а потом разразились сериями ударов, уходов и блоков. Вот меч принца скрежетнул по нагруднику, вот он царапнул крагу на запястье, вот коснулся маски.
- Ого, - только и сказал второй гвардеец.
- Мне сегодня везет, - ответил принц, пожимая плечами. – Может вдвоем.
Теперь Франц защищался от атак двоих, едва уворачиваясь от лезвий, вот одно разодрало рукав, вот второе – едва не порвало рубаху на животе, однако никто в горячке боя этого не замечал. Принц уходил, не позволяя двоим нападать одновременно, скрещивал атаки, и вот – раз туше, два – туше.
- Это поразительно! – воскликнул один из гвардейцев, срывая маску и топорща усы. – Вы великолепны, мой друг!
Он неожиданно бросился, схватив принца в охапку. Затрещали кости.
- Спасибо, - сдавлено ответил тот, - я польщен.
Ему пришло в голову что подобное дружелюбие гораздо опаснее для здоровья чем колюще-режущие предметы в их руках.
- Ану, хватит мне гвардию позорить! – раздался вдруг голос прекрасной воительницы, непонятно к кому обращенный то ли к гвардейцам, то ли к Францу. – Скрестите шпаги со мной, Ваше Высочество!
Элен-Виктория Воинственная уже держала клинок. Принц, улыбаясь, приблизился с опущенным мечом, собрался что-то сказать и едва успел отразить удар.
- Вы так милы когда злитесь, - флегматично откомментировал он, отражая очередной удал.
Девушка усилила натиск. Ее разгоряченные щеки горели, а глаза сверкали. Внезапно Франц сделал неожиданный финт, блокируя очередной, удар он словно прилип своим клинком к клинку соперницы. И как та не перемещалась и не пыталась разорвать дистанцию, он сопровождал это соответствующим движением, сохраняя контакт и сокращая расстояние. Вот он оказался близко, вот проделал финт, и меч воительницы взмыл в воздух.
- Ах, - воскликнула Элен-Виктория.
- Ой! – откомментировал Франц, подобрал клинок и вложил его в руки соперницы.
Та чуть не вырвала его из рук принца и бросилась на него. Уже безо всякого азарта, просто надеясь достойно завершить поединок, и была несказанно удивлена своему туше.
- Смотрите не проткните этой штукой своего гостя, которого, между прочим, велено охранять, - заметил принц и опустил меч.
Элен сверкнула в ответ глазами и бросила клинок одному из аплодирующих гвардейцев, развернулась и быстрым шагом удалилась из тренировочной комнаты.
- Чего это с ней? – удивленно спросил один из гвардейцев.
Франц пожал плечами в ответ на риторический вопрос и бросился за девушкой.

Как не ни пристало принцам бегать, но за Элен-Викторией Франц припустил трусцой.
- Ну что же вы, - оставляете меня без защиты, стараясь говорить ровно, но, едва не задыхаясь, произнес Франц.
- Вы и сами можете себя замечательно защитить! – резко ответила воительница, не оборачиваясь.
- Едва ли, вы же меня одолели, - театрально стал сокрушаться принц.
Но Элен на удочку попалась, резко остановилась и горячее выпалила в лицо принцу:
- Вы здорово выпендрелись! Вначале унизили гвардию, потом их командира, отобрав оружие и подарив победу!
Принц разыграл недоумение:
- Что вы, вы одержали самую натуральную победу, это был замечательный удар! Ребятам понравилось, да.
- Правда, был хорош, вы не смогли его отразить?! – потихоньку остывала вспыльчивая воительница.
- Конечно, - без зазрений совести соврал Франц, честно глядя в глаза, главное ведь не переиграть. – А вы покажете мне сад! Из моего окна вид открылся на замечательный сад!
- Ну что ж, пройдемте в сад.
Итак, в сад. Все в сад!!!

Вечерние прогулки по благоухающему, цветущему саду, где даже докучливые шпики не столь назойливы, доставляют несомненное удовольствие. Вне стен дворца, которые, разумеется, имеют уши и разговор течет легче, особенно в сопровождении предусмотрительно захваченной бутылки легкого приятного вина и пары бокалов.
- Элен, прошу, скажите мне, зачем же вы меня пленили, - спросил принц.
- Это скорее недоразумение, - не оправдываясь, скорее поясняя, сказала девушка. – У меня не было никаких ни полномочий, ни указаний по поводу ведения переговоров, собственно я и доставила вас на место их проведения…
Франц выслушал эту информацию, собственно не привнесшую ничего нового, думая: «Как это нелепо!», хитро улыбнулся и сказал:
- Нет, Элен, я имел в виду отнюдь не это. Зачем вы пленили меня своей красотой и утонченность. Почему влечет меня ваша грация и обаяние…
Принц не успел договорить, его тираду прервало появление трио в черном. Внезапно из кустов по сторонам аллее выскочило два человека, облаченных в черное. Франц оглянулся и засек еще одного.
Не долго думая принц плеснул в лицо нежданного гостя вином, а в другого запустил бутылкой. Первый оправился быстро и выхватил длинный кинжал, второй, травмированный в голову весьма веским снарядом, упал на землю, однако, без последующих воплей и катаний, попробовал подняться и завалился снова, видимо спать. А принц уже бросился на другого мужчину в трико, с явным намерением лишить его, если ни всех трех «ко» сразу, так одного уж точно.
Быстрым движением скинув кафтан, принц завертел им, пытаясь зацепить руку с оружием, однако быстро уверился в безуспешности подобных попыток, наткнувшись на быстрые ответные выпады. Лезть отбирать оружие у весьма ловкого нападающего не хотелось. Принц брезгливо бросил порядком изрезанную верхнюю одежду в нападающего. Накрыть того, конечно, не удалось, но мужчина в трико на миг отвлекся, что позволило Францу вцепится в руку с кинжалом и вывернуть кисть до легкого хруста. Всякий знает, что так хрустит печенюшка? Однако кисть непослушно цеплялась за оружие, гораздо сильнее чем за отальную часть руки, поэтому принц не дожидаясь пока злодей чего-нибудь сделает второй рукой засадил кинжал под ребра нападающему, его же рукой. Тот не издал ни стона и мужественно прилег на землю – умирать.
В это время Элен-Виктория и третий незваный гость уже катались по земле. В их действиях можно было бы заподозрить что-то непристойное, если бы не одежда как на кавалере так и на даме. С чисто женской хитростью воительница не давала негодяю вытащить оружие из ножен и в который раз вскидывала коленку для постыдного и болезненного удара, однако мужчина терпел, даря подозрения об отсутствии вторичных половых признаков, высокого болевого порога или же о весьма предусмотрительной защите. И когда уже мужчина в трико почти осуществил свое черное дело – почти достал оружие (кинжал, если кто не понял) он внезапно обмер.
- Здорово вы здесь покувыркались, а? - Франц стащил с Элен-Виктории третьего нападающего и еще раз ткнул его кинжалом для верности.
- Что вы делаете!!! Мы могли бы взять его живым!!! – закричала девушка.
- Буду понимать это как «спасибо»! – ответил принц.
- Сама бы справилась! – отрезала воительница.
- В таком случае вы справитесь с оказанием первой помощи в-о-о-о-о-он тому пострадавшему, - Франц указал на человека в черном уютно расположившемуся рядом с пустой бутылкой вина и лужей из ее драгоценного содержимого, создавая ошибочное впечатление о причинах его сна. – А то не хочется рубашку пачкать. Кажется, он жив. Эх, хорошее было вино.
Слегка опешив от подобных заявлений на грани хамства, Элен ошарашено взглянула на принца и отправилась щупать пульс «пострадавшего».
- Весело тут у вас, - заявил Франц, вытирая со лба едва проступивший пот белым кружевным платочком, с душе сетуя на тот медный таз, которым накрылся его романтический вечер, и добавил. – Да уж, все страньше и чудесатее!

Впрочем, он ошибся. Оставив разбирательство в прелестной прохладной камере с кучей интересных приспособлений на потом, и поручив пострадавшего на попечение порядком опоздавшим шпикам Элен-Виктория Третья Воинственная продолжила экскурсию по достопримечательностям флоры и фауны королевского сада в качестве гида гостевавшего принца.
- Принц, вы отличный воин… - неспешно начала воительница.
- Ваше присутствие придает мне сил! – тут же отозвался он.
- И галантный джентльмен, - продолжила Элен-Виктория.
- Нельзя быть иным в обществе столь прекрасной дамы! – ответил Франц.
- Но иногда, ваша манерность меня убивает! – воскликнула девушка.
- Ради тебя, я готов быть таким, каким ты захочешь! – ответил принц, развернулся и взял Элен руками за плечи, заглянул ей в глаза.
- Принц, что вы делаете! - воскликнула девушка, но не вырывалась.
Сказать что-либо еще она не успела, так как шустрый венценосец впился губами, нагло проглотив протестующие речи и оторвавшись, зашептал на ушко Элен милые глупости. Обычно сии милые глупости принято пропускать, и можно всю жизнь прожить, не то что не слыша, но даже не читая их, так как большинство авторов, в отличие от читателей, отлично знают что такое «милые глупости» и делится секретом не хотят, не будем же жадничать:
- Ты самая… - по иронии судьбы, принцу не дали договорить эти самые милые глупости, оставайся же в неведении, несчастный читатель.
- Шпики смотрят, - прошептала воительница.
- Пускай смотрят, - ответил Франц.
И они повалились в траву.
А мы не будем за ними подсматривать, не так ли? Мы ведь не шпики… Разве что немножечко…

К себе «в нумера» принц вернулся изрядно навеселе, настроение было приподнято и спать вовсе не хотелось, через открытое окно доносились сводящие с ума запахи летней ночи, луна нагло светила в окно… Принц повалился на кровать и закинув руки за голову думал свои важные государственный думы, однако по лицу отчего-то блуждала лукавая шаловливая улыбка.
- Ты неправильно правишь! – ворчливый басовитый голос заставил Франца подскочить с постели.
Давя невнятный ругательства принц, поднял взгляд на выглянувшую, а после и полностью вылезшую из стены величественную, однако от этого не более материальную, полупрозрачную фигуру.
- Простите? – переспросил принц.
- Ты неправильно правишь страной! – подтвердил призрак.
- Это еще почему?! – вознегодовал Франц.
Призрак задумался.
- И вообще правлю не я! – вдруг озвучил гениальную догадку королевский сын.
- Это плохо, - огорчился призрак. – Ты, по крайней мере, не безнадежен. Наверное. Ну, мне так кажется. Я, конечно, могу ошибаться…
Франц вскинул бровь.
- А как дела?! – с надеждой спросил принц.
- За последнее время меня пытались отравить, пару раз убить, тащили беспамятного, взяли в плен, хотя были и плюсы. Я встретил много очень ммм… Талантливых девушек! – ответил принц. – Чертовски устал, хочу спать и беседую с мертвым человеком, как ты думаешь, как у меня дела?!
- Делааааааа, - проговорил призрак. – Эх, вот было в мои времена, так… Ладно, не буду мешать…
И удалился, уйдя в стену, ворча себе под нос что-то насчет нынешней молодежи у которой нет времени на стариков.
А Франц, и действительно, улегся спать.
Проснувшись бодрым и выспавшимся, в отсутствие всяких горошин под периной, сладко потягиваясь, завершив все подвиги, связанные с необходимой личной гигиеной, такие как бритье и умывание Франц направился к личному гардеробу, подобранному неизвестным умельцем и стал свидетелем того, как из массивного шкафа вывалилась пара трупов.
- Здорово, - произнес принц и толкнул руку одного из них ногой.
Жмурики лежали тихо, никого не трогали, и принц озадаченно пожимал плечами, когда из шкафа раздался тихий голос:
- Простите что потревожил, - и из короба вышел давешний незнакомец в черном с импозантной бородкой, игравший в салочки со стражей. – Я тут только что шел секретным ходом, и заметил эту парочку, стало до боли любопытно, куда это они спешат. Закралась мысль, что они задумали что-то нехорошее, и когда они затаились в вашем гардеробе счел, что вы мне нравитесь, гораздо больше чем они и…
- Все понятно, - произнес Франц. – Благодарю, что избавили меня от утренней разминки.
Незнакомец хохотнул.
- Я – Франц, если вас интересует, окно – там, - произнес принц. – Кстати, как вас зовут?
- Я – Ларс, благодарю, но я нынче дверьми воспользуюсь, - ответил новый знакомый.
Ларс тихонько приоткрыл дверь и так же тихо выскользнул за нее. Раздалось бум и громкий мат охранников, за ними последовал шустрый топот ног. Франц пожал плечами и пошел выбирать гардероб, из того, что не оказалось заляпано кровью непрошенных визитеров.

Пока охрана занималась веселой игрой в догонялки с его непрошенным гостем Франц оделся и, отказавшись от завтрака и что гораздо более горько от Эльзы за завтраком, отправился на самостоятельную экскурсию по замку. Принц быстро нашел это занятие однообразным и утомительным в отсутствие женской компании собрался уж было заскучать, когда внезапно заимел счастье лицезреть презабавную картину. Царственная процессия, во главе с великолепной Корнелией, столь мило задиравшей носик в гордыне. Следом за процессией изо всех сил стараясь казаться невидимым, крался человек в черном трико. Камуфляж довольно дико выглядел на фоне цветастого дворцового многообразия дизайна и красок своей скупостью и минимализмом. Однако телохранители принцессы упорно игнорировали преследователя.
И когда тот уж было изготовился для прыжка, выхватив кинжал, тихо подкравшийся принц просто подбил негодяю ноги так, что вместо смертоносного полета у незадачливого ассасина вышел только громкий «бум». Больно ударивший его вдогонку принц мило улыбнулся обернувшейся Корнели, помахал рукой охране и изрек:
- А мы тут плюшками балуемся, - вытерев туфлю о бок поверженного, так что тот застонал, Франц добавил. – Опля, еще один презент для ваших казематов.
Корнелия устало вздохнула и закатила глаза.
- И Что же вам, принц, на месте не сидится?!
- Изыскиваю любую возможность что бы созерцать вашу несравненную красоту, ваше величество, - отпустив полупоклон ответил принц. – Ну и отводить всякую руку, покусившуюся срезать сей дивный цветок.
На щеках принцессы выступил легкий румянец.
- В каземат его, - произнес ее ангельский голосок. – Да не принца, идиоты.
- Франц, вы же позволите мне так вас называть, - продолжила царевна. – Я была бы очень благодарна, если бы вы задержались на некоторое время в ваших покоях. Наградой стала бы интересная и познавательная беседа с придворным магом.
- Все чего пожелает Ваше Высочество, - смиренно согласился принц, скромно потупляя взор.


Полагаю, всякому любознательному читателю будет интересно, что же предприняла принцесса, вернувшись в свои покои. А не предприняла она ничего экстраординарного. Всего лишь ванну. Не вдаваясь в пространные описания, скажу, что изрядное число мужчин многое бы отдали, дабы лицезреть сию картину не только в собственном воображении.
Изнеженной благами цивилизации Корнелии прислуживал иной персонаж, с которым мы имели счастье столкнуться не деле как недавно, а принц Франц даже был замечен в куда более тесном общении.
Эльза долила горячей воды в ванную своей госпожи, утопленную в гладкий пол.
- Хм, а он не так уж плох!
- Кто, Ваше Сиятелоьство!
- Это принц. Фриц… Или Франц, как его.
- Несомненно, Ваше Величество.
Эльза склонилась над ушком Корнелии и зашептала. По мере продвижения рассказа щеки принцессы заливались все более ярким румянцем.
- Вот это да! Произнесла она. А я, признаться, даже казнить его хотела!
- Казнить?! – не столько испуганно или удивленно, сколько рассержено воскликнула Эльза. – Ваше величество, вы очень плохо вели себя в последнее время!
- Эли, может, оставим эти игры на сегодня?! – слегка устало спросила принцесса.
- О, нет, Корни, тебя следует наказать! – сказала Эльза и пальцами ноги брызнула на Корнелию водой.
- Даже так?! – изогнула бровь принцесса.
- Кому-то придется тебя отшлепать! – Эльза скинула платье и залезла к Корнелии в ванну.
Всякое повествование, дабы не наскучить читателю, должно иметь тенденцию к бурному развитию событий. Иной герой, вероятно, и рад бы отказаться от изрядной доли приключенный выпавших на его, гм… долю. Но кто же ему позволит. Впрочем, это далеко не единственная причина, по которой докучавший доселе неизвестным силам принц (вопреки собственным интересам, между прочим) должен был бы погибнуть в очередной раз, если бы не его удивительная сноровка и фантастическое везение! И к превеликому сожалению иных лиц мы должны отвлечься от столь занимательной сцены, дабы проследить за не менее любопытными и драматическими событиями.
Принц качнулся, подобно дереву на сильном ветру и пропустил бросок убийцы мимо. Легкая и ловкая фигура пролетела мимо и упала на кровать. Не теряя времени, Франц сам бесцеремонно навалился верху и, преодолевая неслабое сопротивление тонких, отнюдь не мужских рук, все-таки вывернул их за спину, прихватил одной своей, сорвал черный капюшон и схватил за гриву рычащую в его объятиях тигрицу.
- Нет, так дело не пойдет, - произнес Франц и приложил своего неудавшегося убийцу кулаком по затылку.
Когда девушка пришла в себя, принц лежал на кровати рядом с ней. Одетый, ничего не подумайте…
- Не часто такие красавицы ко мне в постель сами прыгают, - произнес Франц, глядя в потолок.
Девушка зарычала.
- Мне придется вас обыскать, - сообщил в ответ принц, садясь на колени рядом с пленницей.
- Вы не могли этого сделать, пока я была без сознания? - ответила та.
- Могу приложить еще раз, - предложил принц.
Еще одна порция рывков в крепких путах была ему ответом.
- Ооооо, да куда вы лезете! – воскликнула она, заливаясь краской.
- Между прочим, мне совсем не улыбается, если еще один нож спрятан где-то… там, или здесь, - произнес принц, усердно шаря. - И вообще вам грех жаловаться. Будь у меня чуть меньше эстетического вкуса, и вы уже были бы мертвы.
Аватара пользователя
Песатель

 
Сообщения: 28
Зарегистрирован: 29 Сентябрь Понедельник, 2008 19:27

Этап 9. Продолжения.

Сообщение Песатель 09 Октябрь Четверг, 2008 02:10

- Только отпусти меня, и я перегрызу тебе горло, мерзавец! – снова затрепыхалась девушка.
- Надо было в первый раз стараться. И вообще не выводите меня, мне не где прятать трупы. В шкафу уже два лежат!
- Убейте меня!
- Да ни за что!!!
- Тогда отпустите, - девушка состроила невинное лицо.
- Я подумаю, но не сейчас.
- Стоило попытаться, ответила она. Вы собираетесь меня…
- Что вы, - ответил Франц. – Только по обоюдному согласию! Я полагаю, вы мне не расскажите о своем заказчике?! Даже в знак признательности за мою галантность?!
Пленница упрямо отвернулась.
- Так я и думал. Как жаль что отец учил меня не бить девушек… Первым. Здесь нужны более тонкие методы.
Через несколько мгновений вернулся с ее же кинжалом. Испуг засветился в больших испуганных глазах:
- Я не боюсь боли! – упрямо сказала наемная убийца и сжала губы.
Медленно с клинком в руках Франц приближался к пленнице, склонился над ней и одним резким движением отхватил ей… прядь волос!
- Посидите пока здесь, - произнес королевский сын, завязывая девушке рот. – Если будете шуметь, придет охрана и сделает ата-та… С летальным исходом!
Та пробовала что-то прокричать в ответ, но прокричала в кляп, когда Франц закрывал за собой дверь.

- Ребят, я тут прогуляюсь! – произнес Франц, выходя из своих палат, но никто его не услышал.
Принц посмотрел направо, посмотрел налево и не увидел ни единого охранника. Либо их убили, либо они гоняются за Ларсом, либо его оставили без охраны, без надсмотрщиков. Какое вопиющее неуважение! Уж лучше бы их убили.
- Ну и у кого я теперь спрошу дорогу? – задал вопрос воздуху Франц.
И пошел искать башню. Колдуны любят башни. Если венценосец не идет к горе, то гора пойдет к венценосцу! Или наоборот? К счастью дворец не вымер полностью и после пары неверных указаний от придворных, точных, но непонятных сведений от прислуги (три коридора прямо, потом поворот направо, четыре прямо, налево, шесть прямо, на следующий этаж, направо…) путем получасовых блужданий Франц вышел к лестнице. С которой прямо под ноги принца скатился всклокоченный Ларс, со слегка опаленной бородой, вскочил и дал деру. Прямо за ним в стену ударил огненный шар и разлетелся на искры.
- И больше не возвращайся поганый ворюга! – раздался чей-то разгневанный, но от того не менее приятный насыщенный, сильный голос, с легким южным акцентом. – Ууу, как же я их ненавижу!
- Простите, не вы ли являетесь придворным магом?! – спросил Марк, догоняя щуплую фигуру, закутанную в плащ.
- Я не являюсь, я здесь перед вами стою. Джайна Юкк Аль Вараша. Можно просто – Джайна.
- Если вы столь же очаровательны, сколь ваш голос, мне стоит более чем с благоговением ожидать своей аудиенции.
- Аааа принц Франц… - вздохнула чародейка.
- Что такое, я слышу разочарование в вашем голосе.
- Я была наслышана о вашей репутации!
- Надеюсь не только хорошее! – Франц скромно улыбнулся.
- Раз уж вы сами пришли, пройдемте.
И верно вслед за придворным магом Франц поднялся по винтовой лестнице и вошел в на удивление просторное помещение, обставленное в восточном стиле.
- А где банки-склянки, пергаменты, фолианты, ну хотя бы шар хрустальный? – удивленно спросил принц ожидавший оказаться ну никак не в опочивальне.
- Шар на столе, все остальное, если пожелаете, можете найти в соседней лаборатории, - ответила королевскому сыну его провожатая, слегка расягивая гласные, и откинула капюшон, демонстрируя копну великолепных черных, вьющихся волос и миловидное лицо.
- О, ваш голос меня не обманул, - произнес принц. – Позвольте, сперва, у меня есть одна просьба…
- Всему свое время, принц, - ответила чародейка. – Ее величество отяжелило вас и меня небольшой задачей. Вы ведь не возражаете от того, что бы обезопасить ее величество?
Франц задумался.
- Конечно, нет! – ответил он, на всякий случай, заводя руку со скрещенными пальцами за спину.
- В таком случае, вопрос урегулирован, - произнесла Джайна. – Дайте руку.
Принц опасливо протянул руку. Чародейка взяла со стола небольшой флакончик и откупорила его.
- Медицинский спирт! – воскликнул принц, принюхиваясь. – Я, конечно, предпочитаю боле изысканные напитки, но…
Не обращая внимания на его словоизлияния, Джайна протерла спиртом палец Франца и больно кольнула его булавкой.
- Ай!!! – более для проформы воскликнул принц.
- Вы же мужчина, терпите, - посоветовала чародейка, ловя сорвавшуюся каплю кровь на небольшой черный шар, извлеченный из складок плаща.
Шар внезапно показал зубки и проглотил каплю крови. Завернулся во внутрь, покрутился, сменил цвет и обернулся золотым браслетом с зубами по краям.
- Это вам, - сказала Джайна, защелкивая его на запястье Франца. – Теперь в случае если вы попробуете сделать что-то нехорошее в отношении ее величества Корнелии или даже задумаете, эта штука отгрызет вам руку!
Девушка невинно улыбнулась и заложила руки за спину, подняв плечики, вроде как совершила некую забавную пакость.
- Это немного не мой стиль, - медленно произнес Франц. – Но выбора, похоже, у меня нет.
Принц живо представил себе, как бросает Корнелию на постель, срывает с нее… Браслет недовольно заворочался на руке. «Так дело не пойдет. Надеюсь, это работает только в отношении принцессы», - сказал себе Франц и с милой улыбкой повернулся к чародейке.
- А теперь моя маленькая просьба.
- Чего уж теперь, просите…
- Мне нужна сыворотка правды!
Джайна удивленно подняла разом ставшие серьезными серые глаза.
- Вы же понимаете, что нет универсальной сыворотки, которая бы не вредила человеку, тем более я не дам вам таковой, что бы вы не использовали ее против…
Принц молча продемонстрировал недавно отсеченный локон. Чародейка пожала плечами и забрала его. Через пять минут вернувшись с небольшим флаконом, она протянула его принцу.
- Подействует мгновенно. Даже не хочу знать, для чего он вам нужен.
- А я вот, хотел бы узнать о вас подольше. То есть я хотел сказать побольше! - Франц улыбнулся волшебнице. – А вы хотите взглянуть на ближайшее будущее в ваш хрустальный шар.
Девушка удивилась, но все же вместе с принцем подошла к низкому столику. Франц и Джайна уселись на подушки по разные стороны от хрустального шара, взялись за руки и напряженно уставились в шар. Медленно в нем проступила картинка видимая только принцу и чародейке. Придворный маг мгновенно попунцовел, а у Франца заблестели глаза.
- Неужели у меня нет выбора?! – воскликнула девушка.
Принц стоически пожал плечами.
- Предлагаю откупорить вино.
- Я межу прочим, все еще рассчитываю, на положенную мне долю комплиментов.
- Вы прекрасны…
- Всего лишь?
- Очаровательны…
- И только?
- Умны…
- И что же?
- Волшебны!
- Мое любимое слово…

Счастливый и довольный собой принц возвращался в свои покои. На вход вновь вернулась стража. Франц приветливо им улыбнулся.
- Здоров, служивые.
Каменные лица были ему ответом.
- Никто не входил, никто не выходил?!
Стражи молча переглянулись и промолчали.
- Ну и хорошо.
Принц вошел и оглядел свои покои. Очаровательной пленницы на своем месте не нашлось, чего и следовало ожидать. За время отсутствия принца она успела червячком уползти в другую комнату и об острый угол, а эрудированный читатель обязан знать, что всегда есть острый угол, принялась перетирать путы.
- Как по-ребячески, - сообщил принц, безразлично наблюдая за ее попытками. – Мы же договаривались, лежать тихо.
Принц продолжил укорять свою пленницу, пока, взвалив на плечо, нес ее на место первоначальной дислокации, благо, все ответные ругательства увязали в заботливо оставленном кляпе.
- Итак, выпей, пожалуйста, - произнес принц, терпеливо выслушав изобильный поток эпитетов в свой адрес.
Неудавшаяся убийца упрямо воротила голову.
- Так я и думал, - обреченно сказал Франц и зажал пленнице нос.
Когда та открыла рот, что бы надышаться коварный венценосец влил в пленницу сыворотку правды.
- Приступим к экзекуции. Я тебе нравлюсь?!
- Да, - ответила девушка.
- Это здорово, это замечательно, это прекрасно. Все… О чем бы еще тебя спросить? - принц прилег на спину рядом. - Вот, а как тебя зовут!
- Я - Кара.
- Привет Кара, я Франц. Ты любишь суши?!
- Да.
- Но, ты же накинешься на меня, если я тебя развяжу?
- Естественно!
- Для того что бы…
- Убить! – закончила за него девушка.
- Похоже, небольшой контракт препятствует продуктивному развитию наших отношений, не так ли?!
- Да.
- А если твой заказчик погибнет, твой контракт окажется аннулирован, я смогу на что-то рассчитывать, в частности на благодарность за то, что ты все еще жива?
- Скорее да, чем нет!
- Вследствие чего перед нами встает вопрос. Кто твой заказчик?
Девушка пожевала губу, пытаясь умолчать, но слова сами вырвались у нее изо рта.
- Казначей и герцог Перет.
- Класс, и как ты об этом узнала?!
- Я же не дура, я проследила… - обиженно вскинула голову наемница.
- Можешь не рассказывать. И как я их найду?
- Это ближайшие придворные. Заговорщики регулярно собираются…
- Дай угадаю, в катакомбах под дворцом! – воскликнул принц.
- Верно! И вы выигрываете карту, которую я для вас начерчу, развяжите мне руки, я вас прирежу! Чертова сыворотка!
- Так как же пройти?
Дабы не утруждать читателя ненужными деталями автор сохранит при себе весь, весьма громоздкий, план прохода по тайным ходам замка в сердце заговора. Скажет лишь, что начальной вехой его стал гардероб принца, из которого ни один тайный доброжелатель не поспешил убрать трупы. Так что принц, вооружившись позаимствованным у его гостьи гости оружием, в составе пары кинжалов, кучи ножей, и пузырьков с ядами, назначение которых помогла выяснить сыворотка правды и сворованного у стражи узкого меча. Решив не довершать собственный черный костюм никакими дополнительными камуфлирующими мерами, Франц, морщась, переступил через трупы и вошел в тень тайного коридора, пользующегося в последнее время дикой популярностью.
«И почему это я должен этим заниматься?!» - подумал принц, но потом, видимо, вспомнил, что он герой и показушник и с легким сердцем последовал заученному наизусть маршруту.

- Итак, господа, что вы предполагаете предпринять по поводу сего настырного субъекта?
- А ничего! Его вмешательство не критическое!
- Ничего себе не критическое, да этот «не кретин», несколько раз срывал наши планы. Вопреки собственным интересам, между прочим! Мы уж точно не решились бы на эту дурацкую интервенцию, в отличие от этой взбалмашеной девчонки!
- Зато она симпатичная! – сказал Франц, доселе подслушивавший под дверью входя в комнату. – О какие люди! И без охраны!
Неверное пламя факелов бросало неясные тени на пол десятка людей закутанных в капюшоны и одного призрака. Заговорщики переполошились.
- Страаааажа! – заголосил один.
- Я же сказал, без охраны, - устало вздохнул принц. – Спят они! Мертвым сном. Меня столько раз пытались отравить, что я и сам, знаете ли, поднаторел в этом занятии. Стража у заговорщиков, а вы шутники, господа.
Двое из капюшонистых выхватили кинжалы и бросились на принца. Франц выхватил из-за пояса один нож и метнул в нападающего, от удара другого уклонился и пребольно приложил атакующего головой о стену.
- Получилось, - радостно подпугнул королевский сын и захлопал в ладоши. - Так, никому не двигаться! Лицом к стене, руки за голову, ноги на ширине плеч, смотреть в пол!!! – начал отдавать он приказания.
- Эм, между прочим, нас все еще больше! – произнес один из заговорщиков.
- Ты, видать, казначей! Все считаешь! – рявкнул принц, приласкав болтуна по печени мечом в ножнах.
В этот момент на сцене появилось новое действующее лицо – Ларс.
- Ты чего с ними за одно? – встрепенулся Франц.
- Да ни за что! – заверил его мужчина в черном. – Если они все разворуют, что мне останется?! Я помочь пришел. Можешь считать меня своим маленьким ангелом-хранителем… Пускай и слегка одержимым клептоманией.
- Да, в таком случае присмотри за песочницей, а я с исторической личностью потолкую, - сказал королевский сын и повернулся к не находящему себе места призраку. – Ну что, тень отца Гамлета, а вы какого рожна делаете тут?
- Она неправильно правит, - обиженно произнес призрак.
- Так, вы вообще чей дух?!
- Пра-пра-пра-пра дедушка нынешней правительницы.
- Ну и что же вы своей много «пра» внучке так солите?!
- Но она неправильно правит, ее политика ведет к нарастающему кризису, безработице, инфляции, росту напряженности с соседями… - призрак принялся разворачивать перед принцем диаграммы и таблицы.
- Все понятно, а чего к ней не обратились, все интриги плести, да заговоры строить?!
- Да кто ж призраков то слушает, окромя этих господ, - дух тыкнул пальцем в заговорщиков.
- Понятно, а при батюшке ее все мирно было?
- Он хорошо правил! – призрак блаженно закатил глаза.
- И что с ним?
- Решил молодость вспомнить, василиск цапнул, он и окаменел, сын пошел его спасть, и его цапнули, так что…
- Да уж, добродетель до добра не доводит… Значит так, пройдемте со мной, в участок… - Сообщил Франц спеленатым заговорщикам и призраку.
- А то что, убьешь?! – хохотнул дух.
- Слушай, прозрачный, когда мне хамят, я теряю всю вежливость и вызываю команду некромантов и экзорцистов, которые в состоянии устроить твоему посмертному существованию настоящий праздник! – зловеще пообещал принц.
И до того прозрачный призрак внезапно побледнел.
- Хорошо, если вы так настаиваете.

Франц торжественным шагом вошел в тронный зал, ведя за собой за поводок вереницу крепко связанных заговорщиков один из которых, поскуливая, баюкал раненную руку, а второй с удовольствием схватился бы за перевязанную голову. Над их головами подобно рдеющему стягу носился взбудораженный призрак… Принц очень жалел, что не может в данный момент усиленно позвякивать медалями и орденами. Впрочем, весь эффект ушел втуне, так как зал был пуст. Сын короля чуть не плюнул на пол от досады, но манеры не позволяли.
За то время, пока камердинер бегал и суетился, принц уже успел посидеть по-турецки на полу, тщательно проверить каждую деталь своего гардероба, поправить повязки наложенные на раненых заговорщиков, отпустить им пару причитающихся пинков, спеть в уме несколько песен по паре раз, сочинить балладу, забыть ее, и в тот момент, когда зал начал заполняться придворными и, наконец, царственной особой в собственном лице, занимался подбрасыванием и ловлей кинжала, порхавшего в изящных руках королевского сына, словно диковинная бабочка.
Итак, к тому долгожданному моменту пока все персонажи заняли положенные им места, на троне ли или на полу пред ним истомиться ожиданием успели все. Заговорщики трусились в ожидании своей участи, принцесса маялась любопытством, даже призрак, помня угрозу, выглядел несколько нервозно. Франц, дабы не нервировать засевшую за арбалетными амбразурами стражу и присутствующих убрал кинжал за пояс.
- О, принц, ваше ожидание вызвано тем, что некоторое число придворных никак не желает отыскаться…
Франц за долгое время ожидания успел заготовить длинную и помпезную речь о собственной отваге и героизме в ходе раскрытия страшного государственного заговора, но время сыграло злую шутку, после нескольких часов простоя его речь стала казаться самому оратору столь скучной, что он решил ее немного сократить.
- А я тут заговорщиков поймал… - произнес королевский сын, скромно потупляя взор.
И под ропот собравшихся сдернул пять капюшонов подряд. Раздалось пять дружных вздохов.
- Похоже, мои придворные нашлись, - уголок губ принцессы дернулся, а принц почувствовал, как добродушный браслетик начал жевать его запястье.
- Постойте, постойте, - Спешно начал свое объяснение принц.
Достопочтенный читатель, полагаю не найдет интересным всю суету с пересказом истории, демонстрацией доказательств, угрозами физической расправы, использованием сывороток правды, оправданий и слез, исповедью призрака, беготней стражи, скрипом перьев писцов и прочими необходимыми этапами всякого уважающего себя судебного процесса. Пускай и на скорую руку. Читатель как человек сведущий, зато, наверняка заинтересуется исходом сего дела, говоря просто – приговором.
- Завтра же на плаху! – приказала Корнелия и была такова.
Франц взглянул на грозных заговорщиков, вовсе теперь не выглядевших столь грозными, а то и вовсе, жалкими и побитыми, и ему стало немного стыдно.
- Может у них были объективные причины? – робко спросил он.
- Объективные причины? – переспросила Корнелия.
- Да, у нас были объективные причины! – крикнул воспрянувший духом дух и от резкого движения с него в очередной раз упали невесть за чем навешанные кандалы.
- Какие такие объективные причины? – грозно переспросила Корнелия.
- Мы за социал-демократов, - пытался было кричать один из заговорщиков, но ему быстро заткнули рот.
Вещать начал призрак, не только как прямой родственник девушки, но и как самый опытный и старший из присутствующих. В своей красочной речи он обрисовал все минусы нынешней политики, проповедуемой дорвавшейся до власти недоучкой (однако, сказал он это более дипломатично), о вреде агрессивной внешней политики (включая нападения на кредиторов), о причинах и последствиях инфляции…
- Все равно на плаху! – сообщила Корнелия. – Я, между прочим, тут главная, чего хочу, того и ворочу!
- Может, вы, хотя бы, выслушаете бизнес план мертвого человека? - предложил Франц, скромно встревая в монолог.
- Бизнес-план? – устало и ошарашено спросила Корнелия.
- Да, бизнес-план, - азартно потирая руки, произнес призрак.
Принц прикусил язык, так как вследствие своей болтливости он выбросил из жизни очередные два часа, затраченные на дрему под убаюкивающие выкладки мертвого человека.
- Плаха откладывается до тех пор, пока я разберусь в этой бурде и в участии каждого из вас в государственной измене, - принцесса, наконец, заставила призрака заткнуться и устало подперла голову рукой.
- Ваш отец оценил бы принятое вами решение! – радовался призрак, потрясая скрученным в рулон графиком.
- Кстати, а что там за история с отцом? – в который раз встрял в разговор Франц, направляя его в нужное русло.
- Папа решил вспомнить молодость, - все же решила ответить Корнелия. – Услышал о великом сокровище, которое охраняет чудовище и после гибели пары-тройки дюжин рыцарей, решил провести мастер класс по убиению тварей. Был укушен василиском и превратился в каменную статую. Мой разлюбезный брат отправился спасать батюшку, их статуи нынче где-то рядом стоят.
Не смотря на циничный тон, зоркий глаз сына королевского усмотрел в углу глаз Корнелии затаившиеся слезинки.
- И что ничего нельзя поделать? – спросил он.
- Конечно можно, - ответила принцесса, глядя на Франца как на сферического идиота. – Иначе, зачем бы мой брат туда ехал. Если кровь василиска, который укусил человека попадет на кожу этому самому человеку, тот сбросит каменное проклятье и станет собой. Однако, боюсь идиотов согласных на подобные подвиги не осталось. Никто не хочет пополнить каменный лес в пещере чудовища!
- Осталось, - заверил ее Франц. – Что за времена, никому нельзя доверить работу, все сам, все сам… Не даром папа говорил: хочешь сделать правильно – пошли другого… или он говорил сделай сам?! Неважно, я спасу вашего отца! И брата! И две-три дюжины рыцарей!
Принцесса вдохновлено захлопала ресницами, а Франц, выпятив грудь, под восхищенные взгляды прошествовал к выходу. Через пять минут он вернулся, что бы спросить:
- А где пещера то?

Франц вошел в свои покои и в первую же очередь нашел Кару и сразу же развязал. То есть почти в первую, как раз после того как сказал, что е заказчик пребывает в местах временного заключения и даже если и не снял заказа на столь симпатичную ему голову принца, так уж точно не имеет возможности оплатить услуги столь дорогостоящего профессионала как она. Девушка сию ноту выслушала молча, даже без кляпа, после чего была развязана и получила назад вооружение, исключая истраченный флакон с ядом.
Не смотря на все предосторожности, принц все же получил причитавшуюся ему пощечину. Весьма сильную, смею заметить. Не выдержав взгляда его обиженных глаз, Кара пояснила:
- А нечего мне в душу было лезть.
- Собирайся, - лаконично попросил ее отходчивый принц.
- О, мы идем есть суши! – встрепенулась девушка.
- Нет, мы идет охотиться на василиска! – в том же радостном ключе ответил ей Франц.
- Не так я представляла себе романтическое свидание, - несколько огорченно заметила наемница.
- А я не стандартный парень. К тому же это не свидание, я вас нанимаю.
Возможно, читатель будет заинтересован всеми подробностями путешествия весьма любвеобильного принца и его очаровательной попутчицы. Но не получит их, так как и само путешествие было омрачено присутствием весьма весомого отряда. Ведь необходимо будет доставить пришедших в себя жертв василиска домой (а врядли они будут иметь товарный вид) или оказать помощь, ну или, в крайнем случае, разбежаться в случае опасности!
Посему переместимся сразу же к сцене баталии. Полагаю, стоит заметить, что василиск не был единственной защитой мистического сокровища, коварный конструктор оборудовал защиту хитроумными механизмами и ловушками, сгубившими не одного храброго героя на его пути к чудовищу, однако принц и Кара смогли их успешно миновать, каким образом, спрашиваете вы?
- Знаешь, Кара, мне начинает казаться, что твоя идея «пробежаться быстренько пока они не сработали» была не самой лучшей, - произнес шепотом принц, настороженно вглядываясь во тьму.
- Да, но ведь сработало!
- Но меня чуть насквозь не прошило то копье, - раздосадовано сказал Франц.
- Расторопнее надо быть.
- Между прочим, именно я тащу это оглоблю!
- Ты же мужчина, будь мужествен. Не ной. Легенды гласят, что только зеркалом можно убить василиска.
- Но почему металлическим и таким здоровым?!
- А вдруг бы ты разбил обычное?!
В этот момент пещеру огласил дикий рев, прервав уже во весь голос спорящих молодых людей.
- Похмелье у него там что ли? – удивился принц. – Ой, какая прелесть.
Путники как раз вошли в человеческий лес. Изрядная доля сгубленных василиском героев стояла тут, окаменев в разных позах: стоя и лежа, молча, крича и морщась от боли, замахиваясь мечом, обороняясь копьем, и даже закрываясь щитом. Принц шел по лесу, среди раздавшейся вширь и ввысь пещеры с высокими колоннами, разглядывая диковинные статуи и вовсе позабыв об опасности. Стены пол и потолок фосфоресцировали, даря неверный свет. Но вот лес начал редеть и впереди в полумраке проступили контуры зловещей фигуры.
Зловещая фигура в одно мгновение метнулась на непрошенных гостей. Кара и Франц отскочили в разные стороны. Вблизи противник показался принцу более комичным, чем зловещим и принц едва не прыснул при виде чуда с головой петуха, туловищем жабы и хвостом змеи, птичьими лапами, рогами и крыльями. Однако несмотря на забавный вид существо оказалось хорошим бойцом. Оно в одно мгновение смело Кару хвостом и кинулось на Франца, щелкнув клювом у самого лица. Принц отшатнулся и повалился на землю, роняя зеркало и выхватывая в падении длинный узкий меч, перекатился, уходя от удара страшных лап, и изо всех сил ударил по ним мечом.
Василиск издал крик похожий на пение павлина и завалился на один бок, подскочившую Кару он смел одним движением крыла, резкими хлестким, как удар плети взмахом хвоста выбил у Франца их рук оружие и, несмотря на раненую лапу, навалился на королевского сына, щелкнул клювом совсем близко от человеческой плоти. Принц отклонился в сторону и заехал кулаком по страшной башке. В этот момент в бок василиску вонзился нож, брошенный наемницей, и зверь повалился на бок. Франц насел на него, по-мужицки дубася чудовище кулаками. Василиск щелкнул клювом и едва не отхватил принцу запястье, тот вовремя отдернул руку, клюв зверя успел захватить лишь злополучный браслетик, который мгновенно окаменел.
Разозленный Франц изо всех сил заехал василиску другой рукой по голове и оглянулся в поисках чего-то, чем можно дубасить тварь без угрозы лишиться жизни или пальцев. На глаза ему попалось древнее, увесистое, большое и грозное металлическое зеркало, брошенное самим принцем. Подняв сие импровизированное оружие над головой, он с силой опустил его на еще не до конца пришедшего в себя василиска, ударил снова, снова и снова, пока тот не перестал подавать признаков жизни. Но и после этого совершил ряд соприкосновений тяжелейшего зеркала с головой чудовища и только после того, как петушиная думалка зверя оказалась размозжена успокоился.
- Не врут легенды, - устало произнес принц, роняя свой инструмент. – Зеркалом!
Кара подошла и пнула труп.
- Может, до того как набегут репортеры, пойдем и глянем, что там за сокровище?
Принц молча согласился.
Сокровищница потрясала. Падающий из закрепленного под сводом огромной пещеры кристалла свет изливал свои потоки на горы золота и драгоценных камней. Оружие, небольшие статуи, монеты, украшения всего было в достатке. Одно смущало Франца – надпись на стене: «Здесь был Жан» и большая стальная дверь в другом конце зала с надписью «резервное хранилище моего королевства».
- Ого, здесь есть и моя доля, - глаза девушки загорелись.
- Теперь ты не только выглядишь как королева, но и можешь ее стать. Даже за малую часть этих сокровищ можно купить небольшое княжество. Или большое.
- О у меня немного другие запросы, - произнесла Кара, хитро щурясь.
- Может, отпразднуем? – предложил Франц, будто из воздуха извлекая бурдюк. – Вон те золотые чаши как раз подойдут этому великолепному вину.
- Я избегаю близких отношений с заказчиками, - начала отказываться девушка, оставив изрядную долю лукавства в голосе.
- Контракт закончен.
- Камни и золото колются!
- Тогда ты сверху!
- Не хочу вас прерывать, но не возражаете, если я немного позаимствую? – спросил Ларс, таща завязанный мешком плащ со всякой золотой утварью.
- Только тогда ты разбирайся с нашим конвоем и статуями, - потребовал Франц.
И Ларс согласился. Оставив парня и девушку наедине. Не часто выпадает возможность столь экзотически провести время на груде сокровищ.

Король окинул взглядом долину, в которой раскинулась армия. «И где они только жратву на такую ораву находят?» - мелькнула мысль в его голове. Жан оглянулся – занимался рассвет:
- Вперед!!! – скомандовал он и первым направил коня с холма.
Лавина из трехсот человек под его предводительством ринулась вниз, сверкая латами, в лучах зарождавшегося дня и обрушилась на десятитысячную армию… Кто сказал, что только в сказках три сотни волшебных героев могут одолеть армию в десять тысяч? Король Жан способен на это!
Обрушилась бы, если бы во главе отряда из трехсот человек навстречу отцу не выехал его сын в сопровождении одной очаровательной особы.
- Привет па! Разреши представить Элен-Виктория Воинственная! – радостно крикнул Франц издалека. – Элен, это мой отец- король Жан.
Жан скомандовал остановку и подъехал к сыну. Для проведения разъяснительных мероприятий.
- Сына, это что такое?! – с упреком произнес он.
- Па, проблему с вооруженной интервенцией я разрулил, вобщем… Ну еще немного пообщался с соседствующей монархией, разрушил пару заговоров, спас военачальницу, принцессу, убил василиска, вернул короля, принца…
- Ну вот, ни на секунду нельзя оставить, - сокрушенно произнес Жан. – Я же для чего тебя направил? Ты должен сидеть в плену, пока я громлю врага и ношусь по полю битвы, как это там? А, вот «подобно карающему ангелу».
- Извини, па, так получилось.
- Это политика сынок, здесь нельзя так!!! Пришел, оп и заговор раскрыл, оп и принцессу спас, оп и короля вернул… Это дело нужно смаковать. Взять в плен, развернуть позиции, по крайней мере, пару лет к какой-нибудь горе идти, что бы кольцо потопить…
- Зато я тебя с такими девушками познакомлю…
- Вот это дело!!! Вот это тебя оправдывает! – расположение духа определенно возвращалось к королю.
Объединившийся отряд потихоньку развернулся и неспешно поехал к лагерю. Элен-Виктория ехала следом за отцом и сыном, стараясь не подслушивать их разговор, но до нее то и дело доносилось.
- … Бумс и отрубился… Фехтовали … Как плесну… И я такой: «Никому не двигаться, лицом к стене, ноги на ширине плеч»… Она так извернулась… О-о-о, просто чудо… Как дам по башке… И тут рубин воткнулся мне в спину, но это цветочки, а когда она впилась в меня своими коготками… - слышался рассказ принца, разбавляемый дружным хохотом отца и сына.
- Кстати, па, а что за история с резервным хранилищем?
- Да все просто, я прослышал про несметные богатства под охраной василиськи и ловушек, нашел пещеру и подумал, какого черта мне туда лезть? Взял людей, вырыл другой вход, стал перевозить, перевез где-то половину, надоело, повесил дверь, назвал резервным хранилищем и был таков.
- Па, теперь нужна вторая дверь, если все еще не растащили.
- Знаешь сынок, не в деньгах счастье, хочешь наводку еще на дюжину дам? А что ты там про монархию рассказывал?
- А, Корнелия, дивный цветок, вернулся я, значит во дворец, ночью кА заправский Дон Жуан залез в ее спальню. И говорю отца спас, брата спас, комплименты, вино, фрукты, то-се, в общем все как папа учил, а она заводная… Вобщем бросаю я ее на постель и прыгаю следом, браслета то нет… Корнелия была ну о-о-очень плохой девочкой, за это ее и любл. ,а потом пришла… Кстати, а ты не забыл о нашей гостье?
Король Жан подумал, придержал коня и поравнялся с военачальницей.
- Вы и есть та Элен-Виктория Воинственная, известная красавица и военачальница, непревзойденный воин, способный сравниться в военном искусстве с моим сыном?
- Да, - девушка гордо вскинула голову, но румянцем залилась.
- Тогда, полагаю, вы найдете интересной мою коллекцию мечей.
- Коллекция мечей, - глаза Элен запылали.- И там есть Айрон Мэйден?
- Конечно, и Айрон Мэйден и Блэк Саббат и более современные Найтвиш, Эвергрей… Вам непременно стоит взглянуть…
- Думаю, я найду на что посмотреть.
Аватара пользователя
Песатель

 
Сообщения: 28
Зарегистрирован: 29 Сентябрь Понедельник, 2008 19:27


Вернуться в Конкурсные рассказы

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2